Три попаданца и клан амазонок

Затолкал в них несколько дополнительных подушек и одеял завернул сумки в полиэтилен, которым были укрыты ящики с золотом. Они должны быть защищены от воды.

Заметив маленькую сумочку с красным крестом, очень обрадовался и, не заглядывая в нее, закинул в сумки. Туда же полетели, сигнальные ракеты и несколько шумо-световых гранат. Оружие и патроны, упаковал с особой с особой тщательностью.

Самолет опускался теперь под более крутым углом, почти вертикально. Ближе к океану. Самолет снова накренился, отчего мой желудок сделал кувырок.

Если Игорь приземлится плашмя, не опустив нос, то мы в течение какого-то времени останемся на плаву. Тогда нам удастся открыть дверь и выбраться наружу.

Я почувствовал силу спуска, тянущую нас вниз и угрожающую разорвать самолет на части. Весь самолет содрогнулся. Но Игорю снова удалось поднять нос, пока мы собирали вещи и рассовывали их по пакетам и чемоданам. Мы схватили распределенные между собой на три части мешки и чемоданы, связанные между собой.

— Приготовьтесь! Удар о воду будет жестким, — крикнул из кабины Игорь.

Откинувшись на спинку сидения, пристегнулся. Где-то на горизонте показался крошечный клочок земли, неподалеку показался еще один кусочек суши, он казался изумрудом в голубизне моря. Игорь явно старался приземлиться как можно ближе к суше и поэтому отчаянно боролся со штурвалом, пытаясь так наклонить самолет, чтобы обеспечить на всем шанс на выживание.

— Может, будет намного лучше, если я посажу нас на остров? Возможно так, у нас будет самолет как укрытие, а металл будет виден с воздуха? — спросил друг.

— Если ты врежешься в деревья, вероятность того, что кабина выдержит, и не придавит нас всех, ничтожна мала. Поэтому садись на воду! — крикнул я в ответ.

Самолет дернулся и снова выровнялся. Друг хочет задеть хвостом самолета воду, тем самым потеряв скорость. На его месте я бы поступи точно так же. Ведь мы хотели, чтобы самолет оставался как можно дольше на плаву.

Время, казалось, ускорилось, а остров приближался и приближался. Расстояние и время сцепились в ужасающем вихре. Звук самолета оглушал, блокируя остальную часть мира. Линия горизонта покачнулась, промелькнули вспышки зеленого и коричневого. А потом нас отбросило назад. Голова врезалась в подголовник, когда самолет летел практически вертикально. Он застыл на одно ужасающее мгновение, а потом шлепнулся «на брюхо» с сотрясающей силой.