Три попаданца и клан амазонок

Внешний вид храма так впечатлил всех, что Та-Пром решили оставить в том виде, в котором он был найден. Тем не менее, было многое сделано для реставрации и укреплению руин храма, чтобы обеспечить безопасный доступ к нему туристов.

Сейчас мне эта информация очень пригодилась, особенно заметка, что там множество туристов из разных стран. Солнце уже садилось и надежды встретить здесь туристов, становилось все меньше, а значит, придется ночевать в джунглях. Самостоятельно искать дорогу в темноте нет ни кого смысла и к тому же очень опасно.

Далеко уходить от развалин храма не стали, джунгли остаются опасными всегда. Для освещения разожгли небольшой костер, соорудив его из засохших коней деревьев и сухой листвы. Навес сооружать не стали, ночь была теплой и безоблачной. Накидав сухой листвы и прикрыв их пальмовыми ветками, сверху положили плед. Костер давал свет и тепло, поэтому ни чем укрываться не стали, притянув к себе любимую, закрыл глаза. Вот только у Сол, были явно другие планы. Она, поворочавшись на моем плече, томно вздохнула и обняла меня за талию, а затем я почувствовал, как ее ласковые пальчики проникли под резинку штанов, и слегка коснулась рукой моей плоти.

А затем сжала мой член своей ладошкой. Мое дыхание сбилось, и я резко втянул в себя воздух, спать резко перехотелось. Изображать равнодушие к ее действиям я тоже больше не мог. Повернув голову, сразу попал в плен горячих губ, разжигая во мне невиданную страсть. Непрерывно целуясь, мы начали избавлять друг друга от одежды, и вот под рукой у меня уже обнаженное тело жены.

Придвинувшись ближе, провел рукой по ее груди, чуть надавив и помассировав ладонью твердые сосочки, продолжил спускаться ниже, пока не достиг заветного холмика. Сладостный стон, прозвучавший мне в губы, еще больше возбудил меня, раздвинув пальцами влажные от желания лепестки ее лона, коснулся пальцем клитора.

В ответ ее рука сильнее сжала мой член и стала совершать ритмичные движения вверх-вниз, пришел теперь мой черед стонать от действий прекрасной ручки моей жены.

Повинуясь сладостному порыву, наклонился и втянул в рот сок ее груди, а затем чуть подул на него.

Ее соски туго сжались и стали выпуклыми от прикосновения моего теплого дыхания. В томительном наслаждении мой язык заскользил по сладким бутонам, потом по окружавшим их темно-коралловым ореолам. Прижался губами к бледным, нежным бугоркам ее груди и, снова вернувшись к их сладким вершинам, принялся легонько посасывать их, слегка потирая языком.