Тот, кто знает

Пятнадцатилетняя девица с крашеными «в полосочку» волосами сидела в скверике в компании еще двух девочек и двух парней сомнительного, как показалось Игорю, вида. Он остановил машину и подошел к ним.

– Привет! – хмуро процедила Лялька, увидев его. – Ты к Женьке? Иди скорей, он уж заждался, с самого утра готовится.

Под словом «готовится» подразумевалась легкая выпивка, Игорь это знал. Неужели Женька успел к вечеру набраться? С одной стороны, это плохо, потому что пьяный Замятин становился совершенно невыносимым. Но с другой стороны, может, и к лучшему.

– И что, старательно готовится? – с любопытством спросил он. – Много выпить успел?

– Не так чтоб очень. Но разговоров… Фотки из всех альбомов повытаскивал, раскладывает их на полу, перекладывает, бормочет чего-то. Не разберешь.

Лялька откинула рукой со лба прядь зеленого цвета, и Игорь заметил на ее запястье тонкий браслетик из желтого металла. Бижутерия? Или золото?

– У тебя обновка? Симпатичный браслет, – дежурно произнес он, чтобы сказать что-нибудь приятное.

– Золотой, – не скрывая гордости, ответила она.

– Ну? – искренне удивился Игорь. – Откуда?

– Женька подарил.

– Дорогой, наверное?

– Он сказал – сто баксов.

– Круто. Разбогател твой дядюшка, а? С каких это пор?"

"– Это ты у него сам спроси. Он нам денег не дает, все скрытничает, а потом – раз! – и подарок какой-нибудь покупает.

– Ладно-ладно, ты потише, – строго сказал Игорь, – он все-таки твой дядя.

Женька выкатился ему навстречу в камуфляже, с неизменной сигаретой в углу рта. Вопреки ожиданиям, он был скорее трезв, чем пьян. Игорь выставил на стол купленную в магазине водку, отвинтил крышку, разлил в три рюмки, одну из которых по православному обычаю Женька накрыл кусочком черного хлеба. Посреди стола в рамке стояла фотография Потоцкого с черной ленточкой по диагонали. Выпили за помин души не чокаясь.