Только с тобой. Антифанатка

Вдруг он врет мне – полмиллиона долларов это не шутка! Раньше я несколько раз ловила Сашу на мелком вранье. Поэтому доверять я могла только себе. Вдруг он сейчас тут камеру поставит или, наоборот, заберет поставленную ранее.

– Выходи, – решила я. – Сама поищу.

– Но…

– Выходи, Саша. Ты глухой? Или позову охрану, – пригрозила я.

Он все же вышел, окинув меня сердитым взглядом. А я внимательно огляделась по сторонам. Времени у меня было мало. Нет, серьезно, куда делась охрана? Вадим и Павел Аркадьевич ведь должны были сообщить Грегори об охоте за Октавием! Что происходит?

Выдохнув, я стала обследовать каждый сантиметр гримерной, боясь, что в любой момент в нее могут войти.

Не сразу, но я все же нашла ее – беспроводную камеру. Крохотный кружочек, прилепленный к массивной раме картины на черной стене. Я заметила ее случайно и сама сначала не поверила.

Снять ее мне удалось на удивление просто – камера была со слотом для карты памяти. Видимо все, что записывалось в этой комнате, сохранилось на ней. Я ошарашенно смотрела на свою находку.

Все-таки Саша соврал мне. Он хотел забрать камеру. Предатель.

Я уже собралась покинуть гримерную, чтобы бежать к Грегори, но под столом вдруг что-то блеснуло. Я залезла под стол и взяла в руки простое серебряное кольцо, которое непонятно как там оказалось. «Саше от мамы», – было выгравировано на обратной стороне. Прочитав это, я перестала вообще понимать что-либо. Значит, Саша мне не соврал? Значит, камера – не его рук дело? Но тогда чье?

Я хотела вылезти из-под стола, но не успела.

В гримерную все же кто-то зашел, и я от неожиданности растерялась и затаилась под столом, прижав колени к подбородку. Все внутри сжалось от страха – что будет, если меня обнаружат? Придется платить огромный штраф… Вадим убьет меня, честное слово. Хотя, если я расскажу про камеру, этого можно будет избежать…

Вошедших было двое – мужчина и женщина. Я видела тяжелые ботинки и розовые кроссовки. Кажется, они целовались – звонко и противно. Я слышала его тяжелое дыхание и ее приглушенные полустоны.

Было безумно страшно и при этом смешно."

"– Моя звезда… Наконец мы одни… – прошептала девушка на английском, и я поняла, что это Октавий с какой-то подружкой, которой, видимо, можно было лицезреть его таинственное лицо.

– Тебе понравится, – услышала я мужской неразборчивый шепот. Кажется, Октавий прижал подружку к стене. На пол полетела женская кофточка. Следом – мужская футболка.

– Я так скучала, – выдохнула девушка. – Ужасно скучала, детка.