Только с тобой. Антифанатка

– Безусловно, – заверил меня Кирилл. – Доброй ночи, лапуля. Я позвоню в колокольчик.

– Какой еще колокольчик?!

– Поймешь, в какой. Кстати, в астрологию я не верю. Я просто по жизни упрямый. И спасибо за искреннее признание – отправлю Октавию, записал.

Помахав мне телефоном и подмигнув, Кирилл ушел. Довольный. Почти счастливый.

А я сжала кулаки.

Все, что я говорила ему о своей любви… Все это было вырвано из сердца. Потому что это было правдой. Почти правдой. Я не знала, люблю я его или это просто симпатия.

Глава 34

Я долго плескала в лицо холодной водой, чтобы успокоиться.

То, что у меня есть чувства к этому человеку, было неоспоримым фактом, и я должна была просто принять это, чтобы не страдать понапрасну. Я легла в постель, и в голове все еще звенели собственные слова о любви.

«Я люблю тебя».

– Просто прими это, – прошептала я и с головой укрылась одеялом, чтобы в лицо не светила круглая желтая луна.

Кирилл сделал то, что обещал.

Едва я только уснула, он действительно стал звонить в проклятый колокольчик прямо посреди ночи.

От ехидного перезвона я подскочила на месте, обозвала его про себя последними словами, забыв о чувствах к Кириллу, и слезла с кровати – пришлось идти к нему в комнату. Я была так зла, что дверь распахнула пинком."

"В его полутемной спальне негромко и тягуче звучала музыка – что-то из нью-эйдж. В стеклянных стаканах горели свечи, которые мы сегодня купили. Едва уловимо пахло мятой и бергамотом. Облаченный лишь в темно-синие спортивные штаны Кирилл сидел в позе лотоса посреди своей двуспальной кровати и медитировал, соединив большие и указательные пальцы.

Вид у него был на редкость просветленный.

Услышав мои шаги, он приоткрыл один глаз.

– А вот и ты. Не грохочи так. Видишь, я постигаю дзен, – заявил Кирилл, и я крепче сжала губы. Издевается, скотина облезлая, точно издевается! Разбудил меня посредине ночи для очередного представления! Клоун, от которого в панике сбежал весь цирк. Но… какой же он милый, когда полуобнажен. Меня раздирало от противоположных чувств.

– Дзен, говоришь, постигаешь? – прошипела я сквозь зубы. – А больше ничего постигнуть не хочешь?

– Вселенской любви, лапуля, – благословенно кивнул мне Кирилл.

– А вселенских волшебных пенделей не выписать? – хмуро поинтересовалась я. – Могу даже без рецепта.

Он открыл второй глаз и теперь смотрел на меня с нескрываемым ехидством. А я почему-то уставилась на небольшое, но абсолютно глупое тату на его животе, выглядывающее из-за ремня.