Только моя

Мама догнала меня и больно схватила за руку.

– Я миллион раз говорила тебе, нельзя убегать! Ты никогда меня не слушаешь!

Мне захотелось расплакаться, но вспомнил, что папа такого не одобряет. Я ведь мужчина, я должен быть сильным.

Мы только переехали в новую квартиру в недавно отстроенном районе. Отцу дали за военные заслуги. Мой друг Саша с родителями тоже переехал сюда. А вот мама Максима пообещала, что будет привозить его к нам поиграть. Как раз сегодня они приехали, и мы идем на детскую площадку, что расположилась неподалеку от нашего дома.

Я скучаю по отцу. Он все время уезжает. Его не бывает месяцами. А мама злится и ругается на меня, как будто это я виноват в том, что отец так много работает. Он строгий, но я все равно его люблю.

Мы пришли на детскую площадку. А там Сашка и Макс меня уже ждут. Освободил свою ладошку из маминого захвата и побежал к друзьям.

– Он совершенно неуправляемый! Чем старше, тем мне все труднее с ним справляться. Как приезжает отец, он от него не отходит. И ведь слушается! Все, что тот говорит, делает безоговорочно. А со мной? Не понимаю, что я делаю не так?!

Дальше я уже не слышал, у нас тут важное дело. У Саши новая машина, отец из командировки привез. Я вырасту и куплю себе такую. Сам!

– Дима! – окрикнула меня мама, когда мы бегали по площадки, играя в бандитов и полицейских.

Я тут же рванул к ней, но по дороге споткнулся, упал и разодрал колено. Больно, но я же мужчина! Не проронив и слезинки, поднялся, отряхнулся и побежал дальше.

– Держи! – мама передала мне большую черную трубку телефона, а сама стала осматривать колено и причитать: – Ну вот что же это такое? Горе ты мое! – потрепала по волосам и стала платком очищать рану от песка.

– Димка, я задержусь на несколько дней, – сообщил мне отец.

Я только киваю. Отец не видит, но мне кажется, что он понимает.

– А когда я вернусь, отведу тебя в секцию по боксу. Я уже договорился. Ты рад, сынок?

– Да! – дрожащим от детской обиды голосом произнес я.

– Эй! Ты чего? Плачешь? Дима, что я тебе говорил?! – в его голосе появились нотки строгости. – Пока меня нет, ты – единственный мужчина в семье! Ты должен быть сильным.