Тьма

Хорошие шансы широкого обозрения – если нет, будет отличная возможность понаблюдать за звездами. Мы обязаны увидеть несколько метеоров.

– Да, давайте пойдем наружу, когда закончим здесь. – В голосе Сандрин угадывается восторг. С приближением зимних праздников, занимающих особенное время в антарктическом календаре, она хватается за каждую возможность поднять настроение, сблизить группу.

Все хором соглашаются. Все, кроме Алекса, замечаю я. Естественно, когда мы зашнуровываемся в прихожей, его нигде не видно.

– Кто-нибудь знает, Алекс пойдет с нами? – спрашиваю я. После драки в прачечной и его диких обвинений насчет случившегося с Жан-Люком я пытаюсь наблюдать за его передвижениями. Но за ним стало все тяжелее уследить вне обеденных часов: он прятался в разных углах «Беты» и избегал почти всех.

– Я так не думаю, – качает головой Каро.

– Пойду проверю.

Я направляюсь к спальням. Стучу в его дверь. Без ответа. Я проверяю общие комнаты, а потом сдаюсь, спеша надеть уличное обмундирование как можно быстрее.

Захватив фонарик и не обращая внимания на боль в легких, я спешу догнать остальных. Одна мысль о нахождении в темноте в одиночестве наполняет меня ужасом.

Я обнаруживаю, что Соня ведет всех на приличное расстояние от станции, чтобы внутреннее освещение не помешало виду.

"Соня была права: это идеальное место и время для наблюдения за звездами. Мне стоит делать это почаще. Брать с собой кого-то, разбирающегося в созвездиях.

Через минут десять пальцы начинают неметь, поэтому я кладу фонарик на землю у ног и засовываю руки в перчатках поглубже в карманы толстого пуховика.

Заметила ли Сандрин? Если да, она прилежно это игнорирует. Я предполагаю, тщательно выбирает, в какие битвы стоит ввязываться.

Еще через пять минут я решаю, что нам не повезло, но тут Элис восторженно вздыхает.

– Смотрите! – восклицает она, указывая куда-то над моим левым плечом.

Я поворачиваюсь посмотреть.