Титановый король

Даже вытаскивает меня в какой-то клуб, где я, как будто мне мало проблем, сталкиваюсь еще и с Гариповым. Смотрю на него и думаю, судьба у меня, что ли, такая – влюбляться не в тех? Что не в тех, я понимаю отчетливо. Мозги, хоть и затуманенные эндорфинами, работают как надо. Я не обманываю себя и не оправдываю. Принимаю ситуацию во всей ее неприглядной правде. Да, влюбилась, как кошка. Да, безответно… Да, не в того. Фед мне ни по статусу не подходит, ни по возрасту. Но это и неважно, это все чепуха. Захоти он со мной быть, никто бы на этот счет не посмел даже пикнуть.

Другое дело, что Фед не хочет. Эта правда беспощадна так же, как и необратима. Насильно мил не будешь. Это просто нужно принять как факт. Иначе… Что? Какая альтернатива? Бегать за ним? Подкарауливать, делая вид, что эти наши встречи случайны? Или пойти дальше, установив слежку, чтобы он… ни с кем, если не со мной? Без-у-ми-е. В теории это возможно… Но зачем?

– Завтра в зал. Ты помнишь? Треня с Федором великолепным!

– Завтра? – пальцы нервно пробегаются по замку сумки.

– Завтра я не могу.

– Быстро ты сдулась! – смеется Авдеева, перекрикивая музыку."

"– Дело не в этом. Я завтра улетаю! – выпаливаю и понимаю, что небольшой отпуск мне сейчас действительно не повредил бы. Сменю обстановку, развеюсь… Может быть, новые впечатления притупят боль, что, как псина, вцепилась мне в душу и не отпускает.

– Куда? – икает Светка.

– В Лондон. И знаешь, Свет, я, наверное, уже пойду. Вставать рано, сама понимаешь.

– Да мы же только пришли! – изумляется Авдеева.

– Постой. Это что, из-за Рустама? Тебя до сих пор не отпустило, да?

Закатываю глаза:

– Да плевать мне на него, господи!

На этот раз я говорю правду. В том, что я вляпалась в Феда, есть один несомненный плюс – о Гарипове я даже не вспоминаю.

– У девки-то его, говорят, выкидыш.

– Серьезно? – я встаю из-за стола, Светка увязывается за мной, намереваясь выложить последние сплетни, несмотря на то, что этому совершенно не способствует окружающий нас шум. От нетерпения ее глаза горят в пульсирующем свете стробоскопов.

– Ага. Юлька предположила, что там и не было ничего, – кричит в ухо. – Ну, знаешь, вроде как она соврала, чтобы женить Рустамчика на себе.

– Какие страсти, – фыркаю и случайно ловлю взгляд того, кого мы как раз обсуждаем. Гарипов стоит у бара, сжимая в руке стакан. – А он, я смотрю, не очень-то убивается.

– Так, может, эта малолетка и правда ему врала, – неожиданно становится на сторону Рустама Светка.