Тень Кощеева

Взгляд его говорил больше любых слов, и от него мне сделалось страшно. Потому что в самом центре моего холодного сердца неожиданно появился отголосок. Эхо чувств, которые когда-то назывались симпатией. Хотя нет… Эта эмоция имела совершенно другой вкус.

Меня влекло к мужчине, что сейчас стоял напротив, согревая дыханием губы. Я любовалась пусть и не идеальным, но невероятно обаятельным магом, ощущая потребность… Прикоснуться? Убрать с лица мокрые пряди и пройтись пальцами по соболиным бровям? Или снова почувствовать вкус его поцелуя, который дурманил разум?

– О чем ты думаешь, душа моя? – задал любимый вопрос царевич.

– О тебе. Силюсь понять, что ты сделал со мной, и не нахожу ответа.

– Что тебя пугает?

– Ты и та власть, что у тебя появилась.

– Ты сама согласилась стать моей.

– Да, но это другое… Я согласилась пойти к тебе в услужение, обменяв тело и разум. Тебе же оказалось этого мало.

– Мало, – согласно кивнул Константин, очерчивая большим пальцем контур моих губ. – Я хочу, чтобы ты принадлежала мне полностью: и телом, и душой, и сердцем.

– И для этого ты применил ко мне магию?

– Для этого я блокировал магию, которая мешала тебе быть собой.

– Костя… – выдохнула я, пытаясь подобрать слова, чтобы переубедить. Вернуть все как было.

– Не спеши осуждать меня, Тенья. Все, что я делал и делаю – для тебя.

– Для меня ли? – немного грустно улыбнулась я и вздрогнула от раската грома. – Пойдем.

– Нет, бежим. Это только начало грозы. Дальше будет хуже, – и Константин поспешил вперед.

Не знаю, как он ориентировался, но через десять минут мы оказались у порога дома. В отведенную нам комнату пришлось добираться аккуратно, чтобы не залить стекающей водой половики. Только в ванной комнате я смогла перевести дыхание и задуматься, как снять с себя мокрую одежду. Платье плотно облепило тело, пальцы не слушались.

– Помочь? – с улыбкой глядя на мои потуги, спросил Кощей.

– Помоги, – кивнула я, подойдя ближе.

Все, что мне удалось сделать, это расстегнуть передние кнопки, открывая вид на нижнюю рубашку.

– В чем дело?

– Кажется, я переоценил свои силы.