Темное солнце

— Хорошо, — сказала Мадленка и подошла к нему. — Я выдерну стрелу, только не надо меня благодарить. И убери руку.

Губы рыцаря шевельнулись. Он прошептал что-то вроде «господь мой…» и умолк. Мадленка, нахмурив брови, села на землю, упершись ногами, и схватилась за древко стрелы. Оно было мокрое от крови, и Мадленка определила, что острие глубоко застряло в теле.

— Что ж, рыцарь, — сказала она, — я сделаю это, но только потому, что ты сам захотел. Так что не обессудь.

— Вытащи стрелу, — сказал крестоносец одними губами.

— Хорошо, — спокойно сказала Мадленка. — Как тебе будет угодно.

И с силой рванула древко.

Кровь ручьем хлынула из раны, рыцарь как-то странно всхлипнул и откинулся назад. Струйка крови побежала из его рта. Он закрыл глаза и стал валиться на бок.

Мадленка поднялась, совершенно ошеломленная. В руках она держала в точности такую же стрелу, как те, что убили ее брата.

Глава шестая,

в которой происходит еще меньше

Это был ключ к отгадке, и он наконец-то оказался у нее в руках.

Мадленка приняла решение моментально. Она бросилась к остаткам хлеба, выдрала мякиш и стала озираться вокруг, ища какое-нибудь целебное растение. Поблизости не оказалось ничего, кроме самого обыкновенного подорожника, но Мадленке и этого было достаточно. Она в спешке накрошила листьев подорожника, смешала их с мякишем и, перевернув синеглазого на спину, стала быстро залеплять его раны.

— Эй, — говорила она, исполняя свою нелегкую работу, — ты, как тебя там, звезда морей, воин солнца, не смей умирать! Мне еще порасспросить тебя надо.

Кровь перестала течь, однако рыцарь не двигался. Мадленка подождала немного, приложила ухо к груди крестоносца, но сквозь доспехи трудно было разобрать, бьется под ними что-нибудь или нет.

— Я молодец! — объявила она, ибо больше похвалить ее было некому.

Но прошло немало времени, прежде чем рыцарь открыл глаза и посмотрел вокруг себя безучастным взором.