Темная империя. Книга третья

Не претендуя ни на что, он вошел в ложу властителя, обнял леди Тень, сказал деду «Жив», и исхудавший, с темными кругами под глазами, весь в шрамах, с не до конца регенерировавшей рукой, сел в одно из кресел, приказав принести себе вина. Лорд Эллохар не хотел участвовать ни в битве за право называться сильнейшим, ни в церемонии. Он ничего не хотел, и эту апатию видели все… Но… мир Хаоса жесток, леди Сайрен, и слабости не терпит, один из двоюродных братьев принялся глумиться над его смертейшеством, в глумлении зашел слишком далеко и оскорбил память матери лорда… И такого еще никто не видел – не переходя в боевую трансформацию, ничуть не меняясь внешне, лорд Эллохар смел его одним ударом.

– Вы столь эмоционально рассказываете, – заметила я.

– Лорд Эллохар рос на моих глазах, и в тот день я присутствовал в ложе повелителя, – просто ответил СеТакальреним.

Улыбнувшись демону, я спросила:

– Что было дальше?

Мы неспешно продолжили путь."

"– Далее лорд Эллохар победил всех, – сообщил демон, – и покинул сражение.

– ДарНахес? – переспросила я.

– Домен лорда Эллохара, – объяснил СеТакальреним. – Все миры Хаоса поделены на домены, в которых правят дараи, то есть одаренные. Домен – дар, отсюда – дараи.

На миг я поразилась происходящему – иду по дворцу повелителя Ада, мирно беседую с крылатым демоном, и отчетливо понимаю его отношение к тому, кто рос на его глазах, кто сумел стать сильнейшим и достойным уважения.

Впереди засиял белый круг.

– Мне придется взять вас на руки, – извиняющимся тоном сообщил СеТакальреним. – Переход управляется мысленным приказом, и без меня вы просто останетесь здесь же.

– Понимаю, – с невольным содроганием ответила я.

Нет, страх остался.

Демон остановился, очень бережно прикоснулся ко мне огромными, когтистыми руками, поднял как пушинку.

– Всего на миг.

Не открывая глаз просто кивнула.

Прошел действительно миг, и СеТакальреним столь же бережно поставил меня на ноги. Открыв глаза я огляделась – мы вновь были перед кабинетом властителя Ада, двери в которые были распахнуты, а у стены стоял второй демон и тихо ругался. Тихо, почти беззвучно, но прочувствованно.