Темная империя. Книга первая

– Магианна Сайрен, – опешив, ответила я, и мне потрясли руку в крепком рукопожатии.

– Так что, ко мне? – решив, что дело сделано, вопросил мужчина, и даже попытался подняться.

– Нет! – воскликнула я.

Он снова сел, и очень устало посмотрел на меня. И выглядел в этот момент смертельно усталым, а на меня смотрел как на издевающуюся над умирающим. Я даже виноватой себя почувствовала.

– Поймите, я не могу так, – вновь начала объяснять я.

– Да ладно, – он хмыкнул, – тебе даже делать ничего не придется, расслабишься только, вся ответственная работа все равно на мне.

Судя по тому, как жарко вдруг стало – я основательно пунцовая. Даже уши горят.

– Только не это, – простонал вдруг сумасшедший, – ты девственница. Дохлый гоблин!

В этот миг я впервые ощутила вину за сохранение девичьей чести до брака.

– Бездна, за что?! – продолжал сокрушаться незнакомец, вскинув голову и глядя в хмурое утреннее небо. – Вот что я конкретно тебе сделал хорошего, а?

– Ннничего, – испуганно прошептала я.

– Я не с тобой разговариваю, – отрезал сумасшедший, продолжая смотреть в небо.

Осторожно поднявшись, настороженно посмотрела на умалишенного, заметила его такой же настороженный взгляд.

– Вам лучше домой отправиться, – посоветовала я.

– Тебе тоже, – прозвучало крайне хмуро. – Здесь не безопасно.

– Да, я знаю. И холодно.

Мужчина запрокинул голову, махом допил все вино, отшвырнул бутылку и стремительно поднялся, поразив меня значительным ростом. Он действительно был очень высок и крайне худощав, словно в его предках затесались эльфы.

– Пошли, – устало приказал сумасшедший.

– Куда? – я осторожно сделала шаг назад.

– Отведу тебя домой, – он как-то даже сгорбился, – нечего шляться одной в такое время. Идем.

Мне хотелось ответить, что у меня больше нет дома, и отныне мне придется всегда… быть одной, но я же целитель, и прекрасно понимаю, что подобным с умалишенными лучше не делиться. К тому же в лечебнице ему помогут.

– Идемте, – согласилась я и направилась вверх по центральной дороге.

Незнакомец шел рядом, заметно пытаясь приноровиться к моим шагам, что с его ростом было не легко, и молчал. Мне тоже было нечего сказать. Мы так и шагали по безмолвным улицам еще сонного города, стараясь не замечать разгромленные дома, нетрезвых бывших рабов, то там, то здесь, валяющихся вповалку, кровь…

– Стоп, – вдруг произнес мой лишенный ума спутник. – Туда мы не пойдем.