Темная империя. Книга первая

Так чем я хуже, Найри?

Слова праведного гнева застряли в горле, едва склонившись еще ниже, настолько, что теперь его лицо было чрезмерно близко, лорд Экнес продолжил:

– У вас ведь не было мужчин, Найри. Не отвечайте, это очевидно – вы слишком раскованы и наивны в некоторых моментах… Например, ложась на постель в присутствии мужчины, который не сводит с вас голодного взгляда.

– Я… – голос звучал испуганно, – я… Да как вы…

– Как я? – аристократ усмехнулся. – Предпочитаете лорда Арельса? Поверьте, Найрина, он не будет с вами столь нежен и терпелив, как я.

* * *Миры Хаоса

Хайранар, столица ДарГарая

Магистр Смерти отложил перо. Смутное странное ощущение накатило внезапно. Какая-то необъяснимая тревога.

– Рэн? – повелитель Арвиэль пристально смотрел на внука.

Не только он – вся палата лордов Хаоса обратила внимание на внезапно нахмурившегося принца и наследника Ада.

Даррэн обвел взглядом все три яруса высших демонов, взглянул на ложу вампиров, перевел взгляд на орков, после на представителя клана Пожирателей. Что-то было не так, но не в Хаосе.

– Рэн, – вновь позвал его властитель Миров Хаоса.

Неопределенно махнув рукой, магистр откинулся на спинку высокого черного кресла, прижал кончики пальцев к переносице… Тревога нарастала.

Что-то не так!

Магистр Смерти, игнорируя поднявшийся ропот, причем больше всего возмущен был именно тот дарай, которого вследствие заседания планировалось приговорить к смерти, принялся старательно перебирать варианты – первый, второй, третий круг. Он словно прокручивал вереницей лица и морды, и но в тоже время отчетливо понимал – случись что-либо, его бы уже призвали. Понимал, и в то же время – тревога скручивала тугим узлом мышцы. Что-то не так.

Совершенно наплевав на присутствующих, Принц Хаоса с силой сжал виски и произнес:

– Риш.

Интуиция не отозвалась, значит с сестрой все хорошо… насколько может быть хорошо у черной ведьмы Благодати, являющейся супругой главы самого опасного клана вампиров Темной Империи.

Значит не то.

И следующим именем, прозвучавшим в темноте дворца властителя Ада, было сказанное с болью:

– Дэя.

Правитель Ада отчетливо заскрежетал зубами, не считая нужным скрыть собственную ярость.