Тату с координатами

Щеголеватый майор позвонил дежурному, и тот уже через три минуты прислал в кабинет командира экипажа – худощавого и хмурого подполковника."

"– Доставим без проблем, – сказал подполковник, когда меня ему представили. – Мои полетные документы…

– У диспетчера авиаотряда. Уже отправили.

– Понял. Мне уже говорили, куда приблизительно лететь. Там, кажется, местность лесистая?

– Лесистые горы, товарищ подполковник, – подсказал капитан.

– Старлей, как десантироваться будешь? Посадку там, боюсь, я совершить не смогу. Винты о деревья ломать не намерен.

– По крайней мере, не парашютное десантирование. Все остальное не имеет значения, – сказал я. – Если получится с высоты метра в два, мы выпрыгнем. Получится выше, можем по канату спуститься. Канат из пеньки всегда лучше стального троса. Руки не жжет. И лучше синтетики, которая любит тянуться и скручиваться под весом человека.

– Есть у меня такой канат. Но перчатки лучше иметь…

– Есть перчатки у всех, – сообщил я.

– Тогда проблем не будет, – пообещал подполковник.

– Боекомплект и «сухой паек» вам доставят машиной к казарме, – сообщил капитан.

– Что-то новое… – удивился я. – Всегда раньше сами получали на складе.

– При другом начальнике штаба. А теперь майор Абдусалямов распорядился так делать. Он всегда об исполнителях задания в первую очередь беспокоится. И нас этому учит.

Я не возразил, поскольку для меня и для взвода так было намного удобнее, и пошел в казарму поднимать взвод на первую боевую операцию.

В нынешней командировке, так уж получилось, у меня во взводе оказалось шестьдесят процентов молодых солдат срочной службы, отслуживших только полгода. То есть из двадцати семи бойцов у меня было шестнадцать «срочников». И после этой командировки им предстояло ехать домой. Конечно, каждый из них, кроме тех, кто решит остаться служить по контракту, мечтает вернуться домой героем с государственной наградой на груди.