Тату с координатами

– Я только одно не понял: зачем вы из пулемета стреляли? Демаскировка…

– Их пулеметчик уже нас на прицел взял. Наш стрелял на опережение. Необходимость. Почти с груди стрелять пришлось. Но очередь получилась точной. Главное – вовремя, без опоздания.

– Понятно, – здесь мне нечего было возразить.

А сержант продолжил рассказывать:

– Мы сначала хотели вообще мимо них пройти. И хорошо обходили – поверху, на пятнадцать метров выше, чем они нас ждали. Сначала нас не видели и не слышали. Мы уже почти за спину им зашли, и я думал, как их «на лопатки» взять.

Потом у их пулеметчика пятка, похоже, зачесалась, он перевернулся, сел, стал разуваться, в какой-то момент глаза поднял и нас заметил. Не знаю уж, что он увидел в темноте, может, у него зрение, как у кошки. Главное – увидел, потому что услышать ничего не мог. Мы беззвучно передвигались. Отвечаю за это! После бандит пулемет схватил и на нас наставил. Хорошо, он у него на предохранителе был, а предохранитель тугой. Пока снимал, я успел дать команду нашему пулеметчику, который и сам был готов. И все… Пулеметчика и еще одного наш пулемет положил. Троих оставшихся мы из автоматов добили.

Это было, конечно, скверно, хотя хуже выглядела бы очередь в нашу сторону. Тем не менее пулеметная очередь нас показала остальной банде и лишила возможности незаметно и неожиданно напасть на лагерь.

Хотя, если с другой стороны посмотреть, они выставляли засаду, значит, уже знали о нашем присутствии и ждали, а пулеметную очередь в базовом лагере могут принять и за свою.

Если у их пулеметчика был такой же пулемет. Даже если я не смог отличить по звуку, свой или чужой пулемет стреляет, то бандитам это тем более не под силу.

– Мослаков!

– Я, товарищ старший лейтенант…

– В темпе… Возьми автоматы убитых и постреляй из них… Имитация работы засады!

– Понял! Делаю…

И пяти секунд не прошло, как заговорили автоматы. Очереди были не нашими – короткими, по два патрона, – а от трех до пяти патронов каждая. Я не сообразил сразу предупредить сержанта, но он сам догадался, что бандиты не стреляют, как спецназовцы – не умеют.

При этом я не слышал, как Мослаков отдавал команду идущим с ним бойцам передового дозора. Должно быть, он привычно командовал знаками. Или просто после его длинной очереди другие стали стрелять так же. Хотя могли и все четверо сообразить. Бойцы моего взвода хорошо понимают, что такое маскировка."

"Я без труда подсчитал, что стреляют три автомата «АК-74» и один «АК-47».