Таргитай

Весь в мечтах и грёзах о спасённой красавице невр не заметил, как Медгарв сделал знак воинам, и те пошли вслед за ней."

"Таргитай ещё долго мысленным взором видел её прекрасный лик, в ушах стоял звонкий, задорный голос. Он не увидел, как воины схватили девушку под руки. Один из них коротко взмахнул у неё над головой, ударив по затылку рукоятью кинжала. Втроём понесли бесчувственное тело назад к жертвеннику на площади.

Увидев, что его приказ выполнен, воевода повернулся к дударю.

– Пойдём немедля. У царя, видать, снова дурные вести.

Невр удивился:

– С чего это мне радоваться дурным вестям?

– Ты ж за добро и справедливость! – веско напомнил Медгарв. – Значит, плохие новости для тебя, как праздник. Это ж такая возможность улучшить мир. Сунет тебя царь в самую кучу дерьма на дальней заставе, вот и будешь менять мир в лучшую сторону. Пошли уже, а то плетёшься, как раненная в задницу черепаха. Заставлять царя ждать – плохая примета.

– К дождю? – спросил наивный Таргитай с любопытством.

Воевода буркнул:

– К отрубленной голове.

***Миновав множество просторных, блистающих залов и лестничных переходов, они вступили в малый зал для аудиенций. Стражники закрыли за ними двери, и Алкедон предстал в окружении пяти могучих мужей.

Трое в самом расцвете сил, здоровые, крепкие с надменными лицами. Они скользнули взорами по невру. Оценив его рост и ширину плеч, тут же машинально подобрались, хотя могучи и стройны, как молодые дубы. В глазах мелькнули искорки зависти.

Двое других постарше, волосы цветом, как тёмное серебро, у каждого перехвачены на лбу стальным обручем. Трое тех, что моложе, в доспехах, металлические панцири начищены до блеска, хотя в глаза и бросаются затёртые царапины от стрел и следы, где в железо врубались вражеские топоры и мечи.

На столе расстелена пожелтевшая от времени карта, уголки прижаты кинжалами. Все пятеро склонились над ней, что-то рассматривают, изучают.

Царь кивнул Медгарву и повернулся к военачальникам.

– Это наш новый… гм… союзник. Странствующий герой Таргитай. Он мечтает очистить Дунар от нечисти, вот и поручим это дело ему.

Воины переглянулись, затем снова смерили невра взглядами. Но теперь глаза светятся превосходством. Зависть во взглядах растаяла, как снег по весне.

Алкедон вышел вперёд, оправил парчовую рубаху, поверх которой спускается кафтан и сказал:

– Доблестный Таргитай, ты мечтал очистить наше царство, а затем и весь мир от скверны.