Танцуй для меня (СИ)

Его томный и жадный взгляд темных глаз блуждает по моему телу, мысленно спускает лямки моего бюстгальтера, срывает верх комплекта и спускается ниже. Когда его внимание концентрируется на моих ногах, а именно на черных чулках, он приподнимает брови и сглатывает слюну, от чего его Адамово яблоко сексуально дергается.

— Ты можешь делать со мной все что угодно. Я буду податливой, обещаю, — я возвращаю Тимура на землю, заставляя поднять взгляд на мое лицо. — Но мне нужны деньги. Все деньги, которые я смогла бы заработать при посещении Розовых комнат.

Тимур делает первый шаг ко мне, останавливается совсем близко. Мне требуется поднять голову, чтобы заглянуть в его глаза.

— Тогда тебе придется быть податливой долго.

— Буду. Сколько нужно.

Я дергаюсь, когда его жесткие ладони ложатся мне на талию, резко поднимают и сажают на его письменный стол. Ягодицы моментально обжигает холодом, и я невольно ёрзаю от неприятных ощущений. Дыхание сбивается, пульс начинает молотить в утроенном режиме. Я сама пришла к нему, сама предложила себя, так почему же меня так лихорадит изнутри?

Я теряю контроль, я теряю свою уверенность.

Почему каждый раз, когда он оказывается рядом, моя броня с грохотом разваливается, и я остаюсь перед ним слабой и беззащитной? Чтобы хоть как-то вернуть себе былую уверенность, я решаю сама проявить инициативу.

Тяну к нему руки и, когда кончики пальцев касаются задней стороны его шеи, я притягиваю его голову к себе. Тимур, словно ждал этого момента, накидывается на мои губы.

Они кажутся более горячими, чем в прошлый раз, а щетина, задевающая мой подбородок, ощущается непривычно. Поцелуй — обычный человеческий порыв, и он никак не связан с чувствами. Все просто: он хочет мое тело, мне нужны деньги. Это просто сделка.

Ладонь Тимура окольцовывает мое горло, заставляя рот распахнуться, язык проталкивается мне в рот. Живот резко скручивает, между ног становится влажно и горячо, с губ слетает непроизвольный всхлип. Тимур, как всегда, заставляет отступать, задыхаться, подчиняться вопреки ненависти приводит меня в состояние возбужденной эйфории.

Тимур опускает мою шею, резко дергает бюстгальтер вниз, от чего он срывается с лямок. Его ладонь обхватывает мою грудь, сжимает так сильно, что глазам становится влажно. Я не знаю почему мое тело отзывается на такую грубость: вместо того, чтобы воспротивиться ей, ярче зажигается.

Тимур разводит руками мои колени в сторону, еще больше раскрывая для него.