Танцуй для меня (СИ)

Я быстро разворачиваюсь на пятках и под жалобный визг моего бывшего друга выхожу за пределы комнаты признаний. Только за мной захлопывается железная дверь, я сразу же встречаюсь с холодным взглядом Тимура. Он отдает приказ и двое мужчин, стоящих рядом с ним, обходят меня и возвращаются к Роме.

— Ты как?

— Прости меня… — слезные каналы не выдерживают, и мои глаза покрываются мутной пленкой слез. — Это из-за меня все так произошло. Это я настояла на том, чтобы ты вернул Рому в клуб. Если бы я так не цеплялась за нашу дружбу, ты бы не подвергся той опасности.

— Ну, тише… — его руки находят мои, сжимают и притягивают к себе. Я утыкаюсь мокрым лицом в сухую и теплую грудь. Горячие ладони ложатся на мой затылок и начинают едва заметно поглаживать. — Не вини себя. Ты бери на себя ответственность за его гнусный поступок.

— Тебя могли убить…

— Но я здесь. И я жив.

Сейчас я бессильна перед порывами сердца, они имеют надо мной неопределённую власть. Это одновременно делает меня счастливой и до чертиков изводит.

Потому что любовь…Неуправляема.

— Что вы с ним сделаете? — я отрываю свои лицо от его груди и замечаю, что испачкала его кофту своими слезами и потекшей тушью.

— То же, что и он пытался сделать со мной.

— Нет… Я знаю, что он виноват. Что он пытался тебя убить. Но будь благосклонен к нему… Пожалуйста.

— Хочешь, чтобы я простил своего палача?

— Нет. Для прощения нужно слишком много веры. Он не достоин этого. Просто я не хочу, чтобы на твоих руках была чья-то кровь."

"Тимур молчит. Внимательно изучает мое лицо, продолжая сжимать мои хрупкие плечи в своих огромных ладонях.

Знаю, что он прислушается ко мне. Ведь я одна из немногих, кому удается воздействовать на этого бескомпромиссного и жесткого мужчину.

— Я не буду тебе обещать, что сохраню ему жизнь. Но я подумаю над твоими словами. А теперь иди в машину и жди меня там.

Глава 32. Моя Луна

— В этот раз я отобью этот мяч!

Матвей носится по полю с ярко-зеленым газоном в невероятно больших вратарских перчатках, которые купил ему Тимур.

Они так ему полюбились, что несмотря на неудобность носки, мой младший брат отказался их снимать. Тимур смеется и слабо бьет по мечу, намеренно поддаваясь и давая маленькому ребенку поймать черно-белый мяч.

— Я отбил! Отбил! Адель, ты видела?

— Конечно, видела! Умница! — я вскакиваю с синей лавочки, которую Матвей назвал воображаемыми трибунами, и начинаю радостно махать своему вратарю.

Присаживаюсь обратно и откупориваю баночку с апельсиновым соком.