Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

— Защита, — выдыхаю ей с трудом, — в бардачке… дотянись…

Не хватало ещё девочке случайной беременности. На секунду в голове мелькает картинка, но я тут же прогоняю эту мысль. Нельзя.

Алина тем временем достаёт квадратик фольги, смотрит на него, переводит взгляд на меня.

— Можно я?..

Моментально потеряв всякую способность говорить, только сглатываю и киваю в ответ.

Её хоть и неловкие, но старательные движения заводят до такой степени, что я с трудом дышу и еле удерживаю себя от желания наброситься на неё.

— Приподнимись, — шепчу ей, одновременно помогая придвинуться ближе.

Мы соединяемся медленно, осторожно, и это до того сладко-мучительно, что, когда она прижимается ко мне целиком, у меня в голове стучит только одна мысль.

— Какой-то… чёртов рай у тебя внутри, малышка, — выдыхаю ей в губы, с силой вжимая её в себя, делаю первый толчок бёдрами ей навстречу, невольно зажмуриваюсь — под веками вспыхивают звёзды.

Не торопись, пытаюсь напомнить себе. Для неё это всего второй раз.

Алина постанывает от очередного толчка, уткнувшись носом мне куда-то в шею.

— Малышка, тебе больно? Неприятно?..

— Не-ет, — выдыхает, — Полкан, пожалуйста! Сильнее!

Эти слова окончательно срывают мне крышу.

Машина, наверное, ходит ходуном. Но мне плевать. Лишь бы это не кончалось. Лишь бы только продолжать и продолжать, ловить губами всхлипы и стоны, стонать в ответ, сходя с ума от невозможного, невероятного удовольствия, которое нет никаких сил оттянуть.

Я с трудом прихожу в себя. Прижимаю сильнее лежащую на мне девушку, глажу по спине, зарываюсь пальцами в волосы. Такие шелковистые длинные пряди…

— Малышка, ты… — начинаю и понимаю, что даже не знаю, что сказать. — Нет слов. У меня просто… ни одной мысли в голове не осталось.

— Не может такого быть, — она всё ещё немного задыхается, но приподнимается и смотрит на меня.

— Одна есть, — целую её, — ты — какое-то чудо!

— Чудо в перьях? — Алина улыбается.

— Нет, моё личное чудесное чудо, — легко щёлкаю по чуть вздёрнутому носику. — Милая, дождь почти закончился. Я готов, конечно, и здесь с тобой сидеть сутки напролёт, но в кровати будет удобнее.

— Тогда пойдём в кровать, — она возится на мне, и я стискиваю зубы.