Тайны сердца

Я люблю танцевать и сплетничать с остальными молодыми леди о джентльменах, сравнивая их лица, сложение, сколько денег они принесут с собой на плаху, которая есть брак, думать, кому предложат руку и сердце — о, сколько еще дней мне ждать своего будущего."

"Она повернулась и, посвистывая, словно заносчивый мальчишка, легкими шагами пошла по коридору.

Джулиан вернулся в кабинет. Он попытался сосредоточиться на отчетах, но уже через десять минут лег на диван и заснул, окруженный четырьмя спаниелями.

Проснулся он, услышав крик Пуффера:

— Нет! Вы не можете войти, сэр! Это комната Принца, которую он делит только с собаками и мисс Софи! Нет, сэр!

Джулиан вскочил, стряхнув спаниелей на пол, дверь распахнулась, и он увидел бледное от гнева лицо Ричарда Лэнгуорта.

— Вижу ты быстро вернулся из Сент-Остелла. Что случилось? Неужели леди Меррик разонравились пейзажи?

— Нет, начался дождь. Проклятие, как ты можешь приказывать мне явиться сюда, чтобы разобраться со мной «раз и навсегда»?

— Я так сказал?

— Так мне передал мой отец.

— В это очень трудно поверить, поскольку ты нанял мистера Маннерса сжечь мои товары на «Голубой звезде». Ты не можешь отрицать этого, выдав себя в Лондоне.

— Да, конечно, я нанял его причинить тебе вред. Он не должен был сжечь все твои товары, это было бы безрассудно, он должен был проследить, чтобы они подгорели ровно настолько, чтобы ничего не стоить, но чертов негодяй не смог этого сделать.

Джулиан тихо спросил:

— Ты думаешь, Лили была неверна мне, Ричард? Ричард глубоко вздохнул и засунул руки в карманы.

— Нет, я не знаю, но я никогда не замечал, чтобы ты делал что-то без причины. Измена Лили — единственная причина, которая могла бы достаточно тебя разгневать. Почему бы тебе не признаться? Почему? Здесь больше никого нет, тебя не повесят, черт побери.

— Если бы Лили завела любовника, я бы даже не подумал о том, чтобы ее убить. Как бы я мог? Я любил ее. Я бы отпустил ее.

— Я видел тебя в гневе раньше.

— И я убил кого-нибудь?

— Нет, ты избил человека так, что он упал на колени.

— Ах, этот. Он был негодяем и оскорбил Лили. Что я должен был сделать?

— Избить его так, чтобы он упал на колени, черт побери.

— Ричард, позволь мне быть честным с тобой.