Тайна

— А была ли там женщина по имени Карин Ульриксбю?

— Карин Ульриксбю? Нет, я никогда раньше не слышала этого имени.

— Но ведь здешняя усадьба называется Буде?

— Буде? Да нет, что Вы.

Женщина упомянула название усадьбы, но оно ничего не говорило Элизабет.

— Понятно. Извините за странный вопрос, нет ли здесь в торговом городишке клиники для душевнобольных?

— Нет, насколько мне известно, нет! Нет, не здесь.

Итак, Элизабет была так же далека от цели, как и вначале. Неужели она сбилась с пути?

Нет, ведь Вемунд здесь жил.

— Постойте, — воскликнула женщина. — Вы сказали Буде? По-моему, это местечко находится в районе Хортен. Да, ну конечно! Я вспомнила: обычно сумасшедших отправляли в Хортен. Там есть дом для душевнобольных.

— Хортен… А что это? Торговый город?

— Нет, это только поселок у пристани. Правда, довольно большой. И, госпожа! Вы знаете, Тарки жили здесь не так долго. Они приехали из… дайте мне подумать… Да, из района Хортен. Да, это совершенно точно!

Дело прояснялось.

— А Вы не помните, когда они переехали сюда?

— О нет, прошло так много времени… Впрочем, нашему сыну было тогда около десяти лет.

Это не совсем совпадало. Но Элизабет могла сопоставить полученные сведения.

Она попросила на время лошадь у этой соседки, чтобы добраться до старого дома Тарков, и что было сил пришпорила лошадь, направляясь в Хортен.

Поселок находился не так далеко, как она опасалась. Уже во второй половине того же дня она добралась до Хортена — кучки домов вокруг пристани у фьорда.

Въехав в поселок, она увидела на скамье в парке пожилого мужчину — его она могла расспросить о Буде.

За кружку водки он, возможно, расскажет все, что знает.

Элизабет незаметно посчитала оставшиеся на дорогу деньги и дала ему монетку. Старик кивнул головой.

— Буде больше не существует. Усадьба сгорела много лет тому назад. Вся без остатка.

У Элизабет угасла надежда.

— Это правда?

— Да, усадьбу подожгла какая-то тронувшаяся женщина. Отвратительная история!

Больше он практически ничего не знал.

Но здесь она встретила твердый отпор. Женщина из единственной соседней усадьбы при имени Тарков стала плеваться и фыркать.

— Тьфу, тьфу! Черт бы побрал этих подлецов! О Тарках и Свендсене я и разговаривать не буду! Я, девушка, человек религиозный!

— Понятно. Но мне нужно узнать больше — понимаете, госпожа, это вопрос жизни и смерти.