Свидание в лифте

Пока мама перекатывала во рту слова, думая, какие лучше выплюнуть первыми, я сняла шапку, ботинки и куртку.

— Пойдём-ка, Юлия, на кухню. Поговорим, — строго припечатала мама. Я протестующе вздохнула, но поплелась вслед за мамой, держащей ровную осанку. — Присаживайся, — сказала она, небрежно махнув рукой на стул за обеденным столом.

— У нас намечается какой-то допрос?

И всё же я послушно села. Даже руки на стол сложила, как прилежная школьница.

— Ты пошути мне ещё! — строго выплюнула мама. Она садиться не стала.

— Что именно, мам? — выдохнула я устало. — Давай без ребусов. Прямо говори, что не так? я поздно приехала? Или рано? Нужно было что-то в магазине купить по пути?

— Я про того мужчину, который у тебя дома ошивается.

Вот теперь, глядя на маму, на моём затылке зашевелились волоски.

— Какой мужчина у меня дома ошивается?

— А это тебе лучше знать, дорогая, кого ты в свой дом приводишь, да ещё и при ребёнке.

Я смотрела на маму несколько секунд, а затем не выдержала и рассмеялась. Смешным было всё, начиная с того, как строго на меня смотрела мама, как в детстве обещая, что ругаться не будет, и заканчивая тем, что Лёша — уголовник.

— А что смешного, я не поняла? — возмутилась мама.

— Откуда ты про него знаешь?

— А ты догадайся! — мама всплеснула руками, указав в сторону входа в кухню.

— Понятно, — кивнула я. — И что ещё она рассказала про моего друга-уголовника?

— Да всё, считай. И про то, что вы вместе ужинаете, и про то, что Варя засыпала, а он её в постельку укладывал, и даже про то, что этот мужчина без футболке расхаживает по твоей квартире! — на повышенных тонах закончила мама. — Юля! Ты что творишь?!

— Ничего, — покачала я невозмутимо головой. — Просто живу. А тот, как ты говоришь, уголовник, просто мой сосед и хороший знакомый.

— Я тоже, дорогая, знаешь ли, общаюсь с соседями, но что-то ни один из них по моей квартире полуголый не разгуливает!

— А ты не завидуй, — папа эпично ворвался в наш разговор. Было видно, что ему тоже есть что мне сказать, но, в отличие от мамы, он умел держать себя в руках куда лучше. Окинул меня задумчивым взглядом и тоном, не терпящим возражений, произнес.