Сыграй со мной в любовь

И, словно не было аварии, обиды и слез, спросить: ""Как дела?""

Слишком сильное желание для спонтанного.

Слишком дикое для человека, в жизни которого все давным-давно было схвачено.

* * *Аэропорт Стокгольм-Арланда встретил меня ветром и дождем. Дождь не прекратился, и когда я добрался до Гетеборга, и когда вернулся обратно назад. Уже в аэропорте за стеклами показалось солнце, и поток людей с мокрыми зонтами значительно схлынул.

Точное совпадение. У погоды словно был таймер, по которому она открывала подачу воды и закрывала.

Воспользовавшись тем, что до рейса оставалось еще три часа, я устроился в кафе. После перелетов, встреч и недосыпа единственное, чего хотелось — вкинуть в себя какую-нибудь еду и, уставившись в одну точку, просидеть до регистрации на рейс.

Звонки, почта — все было поперек горла, и рука, вопреки привычке, не тянулась за телефоном. Включаться в стандартный рабочий режим пришлось почти насильно.

А спустя несколько минут оказалось, что зря."

"Сюрпризов, требующих внимания, не было ни в банковских выписках, ни в отчете Наташи о текучке. Даже мой четвертый зам, Роберт, который активно рвал задницу, пытаясь доказать свою полезность и пересидеть трех предшественников, не выслал никакой ""гениальной идеи"". Отлаженный за годы механизм работал исправно и без рулевого не сбивался с курса.

Кроме отчетов на почту пришло сообщение лишь от Нины.

Когда на сапоги, когда на новый ""тюнинг"", когда просто, потому что ""жить не на что"". И всегда по одному сценарию: вначале сообщение, потом звонок, после визит поздно вечером на квартиру с несчастными глазами и декольте до пупа.

Несмотря на подключенный ""роуминг"", звонка пока не было. Возможно, будет во время перелета, а уже по прилету — слезливая встреча. С выносом мозга, липовой заботой или обвинением в жадности.

Долбанная матрица со стандартными вводными и уже просчитанными результатами. Иллюзия управления собственной жизнью. От оргазма до будильника и от будильника до нового вечера, который можно было бы провести иначе, но вечно мешала сила инерции.