Свидание с развратным фавном

Она сидела в детской песочнице и в целях конспирации лепила куличики из снега. Конечно, сейчас уже была не та погода, чтобы заседать под грибком, но у дамы там оказался замечательный наблюдательный пункт, а потому она старательно месила из грязного снега лепешки. Уже близилось к двенадцати, когда к подъезду быстрой походкой подошла Вера. Кукуева ее чуть не проглядела – она видела Звонцову в верхней одежде только один раз, и то мельком – когда та собиралась ехать на кладбище. И сейчас могла бы не узнать свою знакомую, если бы та перед дверью не оглянулась.

Кошкой метнулась Серафима за ней. Ну, в смысле, это Кукуевой думалось, что кошкой, в то время как затекшие ноги и толстый ватник делали движения замедленными и неуклюжими. И все же она не опоздала. Да и куда ей опаздывать – две минуты ходьбы, а Звонцова опасности не ждала. Во всяком случае, на требовательный звонок Серафимы открыла сразу же.

– А… – глупо захлопала Вера ресницами, разглядывая странный костюм гостьи.

Но, видимо, узнала, потому что глаза ее от испуга вытаращились, рот перекосился, и она только затрясла руками:

– Не… нет… не…

– Да, Верочка! Да! – с вальяжной улыбкой развела руками Серафима. – Вот я и нарисовалась…

В тот же миг в голове у нее взорвался огненный шар. Миллионы искр рванули из глаз и стали стремительно гаснуть в наступившей темноте, и вместе с искрами гасло сознание.

Семен Шишов аккуратно расправлял теплое одеяло на переднем сиденье своей «Волги» и бубнил под нос:

– Сейчас я, быстренько, а то заморозим, и даже прививки потом не помогут… Ирка! Ну, садись, что ли?

Возле передней дверцы терпеливо топталась Ирина с картонной коробкой в руках, где шебуршились котята. Симе и Фиме предстояло ехать в ветеринарку для первого осмотра.

– Ты на себя-то одеяло не тяни! Коробку укутывай! – нервничал отец.

Он придирчиво смахивал невидимые снежинки с капота, когда к нему подбежала запыхавшаяся Вера Звонцова, собственной персоной.

– А! Так это вы Шишов? – кинулась она к нему чуть не в объятия. – Нет, ну нормальный мужик! Там его бабу убили, а он тут машину лижет!

Шишов вздернулся, как будто кто подвел к нему ток.

– Какую… бабу убили? – побелевшими губами просипел он.

– Симу, а то какую еще! – фыркала Вера и нервно перебирала ногами.