Свидание с развратным фавном

Бабушка, немедленно проснитесь, вам, вероятно, сходить!» Не маршрут, а крем-брюле!

– Ку-уда без билета?! Не надо мне эту бумажку в нос тыкать! Она с другого автобуса! Что ж вы думаете, я свой билет не знаю? – вдруг взорвалась тишина зычным кондукторским воплем. – Ах, выкинул? Документ выкинул? Тогда покупай новый! Впредь запомни: билет – он как паспорт, его до конца пути хранить надо! Жизненного! Да! Желательно у сердца!

Серафима придумала, как она встретится с Верой. Да, именно так она и сделает. И сегодня же! Нет, лучше со свежими силами завтра.

Распрощавшись с Шишовым, она зачем-то щелкнула его по носу, отчего тот необыкновенно загрустил – у Кукуевой опять что-то замкнуло, так что прощайте вымпел, премия, у них с напарницей завтра по режиму подвиги. Да и чего сделаешь, преступника и в самом деле надо ловить, и кому, как не ему, Шишову, этим заниматься. Не Кукуевой же!

Дома Серафима сразу улеглась в кровать и приказала себе немедленно заснуть. А уже прямо с утра подкрепилась как следует, нарядилась по-боевому, все как положено – ватник, валенки, вязаная шапочка, и набрала номер, который ровным почерком был выведен на служебном конверте.

– Ну, если это не ее телефон… – скрипела зубами Серафима, выслушивая гудки. И вдруг напряглась.

– Алло, – ответил ей осторожный голос.

– Это Звонцова?! Я говорю, мать вашу, это Звонцова?! – затрубила Кукуева мощным басом. – Какого хрена молчите?! Хотите, чтоб меня ваще здесь смыло на фиг?!

– А кто ею интересуется? – послышались в голосе кокетливые нотки.

– Кто, кто… Шапито! Соседка снизу! Я те сразу говорю – если через полчаса свой кран не перекроешь, мой мужик тебя сам, лично, в реанимацию доставит! Через полчаса здесь не появишься – ты здесь не жилец! Ты ваще, на фиг, нигде не жилец!

В трубке послышалось молчание, потом неуверенный голос спросил:

– Я не поняла… Мария Митрофановна, это вы, что ли? Снизу…

– Какая, на фиг, Мария Митрофановна?! – плевалась злобой на трубку Кукуева.

"Вера попыталась в трубку возмутиться, однако Серафима быстренько отключилась. Глянув напоследок в зеркало, она глубоко вздохнула, потрясла на счастье кулаками и понеслась в засаду – не может быть, чтобы теперь Вера Звонцова не явилась к себе.

Ждала Серафима больше часа.