Святость и соблазн

Теперь же, когда между ними не осталось тайн, Руперт не знал, как себя вести с ней. И даже та ночь ничего не меняла."

"— Я рад, что все наконец выяснилось, — сказал он, когда почувствовал, что молчать дольше просто невежливо. — Видимо, для того чтобы к тебе вернулась память, требовалось какое-то потрясение…

Руперт снова замолчал. Тогда Леонора накрыла его руку своей и чуть сжала.

— Спасибо… спасибо тебе за все, — проникновенно произнесла она, с трудом сдерживая слезы. — Ты так много сделал для меня.

Трудно представить, что было бы, если бы на твоем месте оказался кто-то другой.

— А ты и не представляй кого-то другого, — с печальной улыбкой посоветовал Руперт. — Имею же я право остаться в твоей памяти таким, какой я есть?

— Имеешь, — прошептала Леонора и опустила взгляд.

Нет, не о таком обращенном в прошлое ответе мечтал он. Но не сказать, что бы очень уж удивился. Все, что Руперт знал теперь об этой женщине, делало их расставание вполне закономерным.

Он прекрасно понимал, что Леоноре тоже сейчас тяжело и что ее признательность ему совершенно искренна, как и искренни чувства, которые она к нему испытывает.

Просто в ее мире живут по совсем иным законам, нежели в его мире, так что незачем травить друг другу душу. И, как настоящий мужчина, Руперт привычно взял самое трудное на себя.

— Давай я провожу тебя до номера, — предложил он. — Сегодняшний день дался тебе нелегко. Надо отдохнуть.

Леонора послушно поднялась и, взяв Руперта под руку, вышла из бара.

Забрав у дежурного ключ, они поднялись на нужный этаж, прошли по ковровой дорожке, устилающей коридор, и остановились у номера Леоноры.

Когда она распахнула дверь, их взглядам предстала комната, буквально утопающая в цветах. Но Руперт не стал входить, несмотря на застывшую в глазах молодой женщины мольбу.

Он посмотрел на нее долгим взглядом, как будто хотел запомнить навсегда, и тихо сказал:

— Знаешь, наверное, мне никогда больше не встретить женщины, глядя на которую, хочется повторить вслед за маркизом де Брадомином, что лучшее в святости это искушение.

— Ты… ты прочел «Сонаты» Валье-Инклана? — потрясенно прошептала Леонора.

— Да, — ответил он. — А разве могло быть иначе?.. Впрочем, тетя Кэйт удивилась не меньше, когда я попросил ее найти для меня эту книгу. А что будет, когда я начну читать романы известной писательницы Леоноры Баулер!

— Значит, ты не собираешься забыть меня? — с надеждой в голосе спросила она.