Святость и соблазн

Если еще несколько секунд назад она называла себя последней идиоткой за то, что не в состоянии сделать даже такой элементарной вещи, как застегнуть на себе обыкновенный бюстгальтер, то теперь, остолбенело глядя на него и чувствуя, как по всему телу разливается приятное тепло, вела себя ненамного умнее.

Руперт неловко кашлянул.

— Извините, — пробормотал он и быстро повернулся, намереваясь оставить ее в одиночестве."

"Все еще испытывая крайнее смущение от неловкости ситуации и своей откровенной реакции на его появление, Флоренс торопливо схватила полотенце, брошенное на край раковины, сильно ударившись при этом загипсованной рукой.

От резкой боли на глазах выступили слезы. Стараясь сохранить равновесие, она вслепую протянула здоровую руку в направлении стены, но вместо того, чтобы коснуться холодного гладкого кафеля, наткнулась на обтянутую тканью рубашки мускулистую грудь.

— Осторожнее…

Надежные крепкие руки Руперта поддержали ее.

Только не плакать, подумала она. Однако одного негромкого заботливого слова и прикосновения теплой мужской ладони к обнаженной коже спины оказалось вполне достаточным для того, чтобы слезы от боли и злости на саму себя хлынули из глаз, как из водопроводного крана.

— Успокойтесь. Обещаю вам, что все будет хорошо.

Слегка повернув голову, Флоренс взглянула на него.

— Откуда вы можете это знать? — спросила она, всхлипывая.

 — Вам известно обо мне столько же, сколько мне самой, а значит, не слишком многое.

Его неподражаемая улыбка была столь же добра, как и взгляд ярко-голубых глаз.

— Вам, наверное, больно. — Проведя большим пальцем по ее лицу, он стер стекающие по нему слезы. — Сейчас я позвоню сестре.

Выказанная им нежность затронула что-то глубоко внутри нее, какие-то скрытые в подсознании эмоции, разобраться в которых не было никакой возможности до тех пор, во всяком случае, пока ей не удастся припомнить хоть что-то из своего прошлого.

Вне всякого сомнения, она оказалась под воздействием своего рода извращенного стокгольмского синдрома. Руперт, разумеется, не взял ее в заложницы, однако Флоренс начала уже чувствовать определенную зависимость от него. Она уже стала привыкать к его ежевечерним визитам, и это вызывало определенное беспокойство.