Свет во мраке

Чушь!

Старику сейчас есть чем заняться — прямо у его ворот разбила лагерь армия шурдов, возглавляемая самим Тарисом! Если лидер мудр — он ни за что не решится оставить ту гору даже ненадолго. Сначала он постарается разобраться с войском Тариса и им самим. А уже затем обратит свои помыслы на нас. И никак иначе. Поэтому Истогвия я в расчет пока не брал. Хотя в глубине души оставил крохотное сомнение на этот счет — проживший долгие века человек может запросто превратиться в полного безумца, чей сумасшедший хохот старательно глушится бесстрастной маской уверенного в себе мужа…

За тридцать шагов до врага я понял, что это и люди и шурды — мне в лицо буквально пахнуло бездарно растрачиваемой жизненной силой и медным запахом крови.

Между стволами могучих деревьев шла яростная схватка. Два десятка шурдов пытались устоять против шестерых людей. Им в этом помогали два уже частично изрубленных костяных паука, лишившихся лап, но не потерявших магических сил и большей части зазубренных лезвий. Сколько крови… Красные пятна повсюду. Все ожесточенно машут мечами. Один шурд повис на шее орущего человека и с визгливым воплем раз за разом втыкает ему короткое лезвие ножа в шею. Еще один человек старается отбиться от наседающих на него пяти темных гоблинов. Его жестоко израненные ноги дрожат, он шатается и вот-вот упадет. На пригорке поодаль три человека стрелка водят луками из стороны в сторону, пытаясь поймать цель и не попасть при этом в своих. Глупцы! Ваше промедление стоило им жизни!

Однорукий прыгнул в сторону, следом за ним свернула прирученная мною тварь, быстро переставляя вывернутыми лапами. Уже мало что говорило о том, что послужило основой для ее искореженного тела. Это просто ходячий ужас, оживший кошмар со светящимися глазами и тупо ухмыляющейся пастью. Они рванулись к стрелкам. А я люблю быть в середке происходящего. Поэтому мы со Шрамом попросту влетели в смертельную кучу малу и добавили свою долю оживления, разом отняв четыре жизни.

Рассеченный пополам шурд распался на хлещущие кровью и слизью куски, щедро забрызгав лицо сражавшегося рядом сородича. Тот попытался отскрести мерзкую рожу, но не успел — я размозжил ему голову. Нам куда легче. Здесь нет наших. Здесь все чужие. Бей кого хочешь.

Краем глаза я увидел падающих на землю стрелков. Послышались их сумасшедшие вопли. Как кричат… их будто заживо жрут. Хотя… так оно и есть.