Сведу тебя с ума

Закуриваю и выпускаю дым в приоткрытое окно.

— Сколько тебе лет, Жанна?

— С какой целью интересуешься? — дерзит она.

— Я все равно узнаю.

— Двадцать, а что?..

— Парень есть?

— Конечно! Каратист с черным поясом, — кивает с улыбкой, — терпеть не может всяких извращенцев.

Делаю затяжку, но, как это часто бывает, на адреналине не чувствую никотина. Внутри ярость наравне с азартом. Желание поставить ее на место дикое.

— А мне кажется, врешь ты, — произношу, глядя на ее профиль, — недотрах налицо.

Даже дышать перестаю — с нетерпением жду ее взрыва.

Одна секунда… две… Пепел обжигает пальцы.

Но… зараза снова удивляет.

Задумчиво почесав бровь, склоняет голову набок.

— Думаешь?..

Засмотревшись, едва не проезжаю нужный поворот. Кончики пальцев, удерживающих руль, бьет электричеством, а затылок сводит от напряжения.

— Хотя… — тянет она, направляя на меня взгляд и медленно прокатываясь им по мне сверху вниз, — пожалуй нет… к каратисту обращусь.

У меня неожиданно член в штанах дергается. А только после этого осознание приходит, что меня, как ебаря послали нахрен.

Притормаживаю на очередном повороте, но все равно едва в занос не ухожу.

Чего, блядь?!

— Почему же нет, повариха?.. У тебя аллергия на олигархов?

— Да нет. К олигархам как раз у меня врожденная симпатия, а ты… — еще один демонстративно — оценивающий взгляд, — просто не в моем вкусе.

— Серьезно?! — не сдерживаю хохота.

— Только ты не расстраивайся, пожалуйста.

— Обидеть?!.. — все еще не верю своим ушам.

— Ты не тот, кто сможет решить мою проблему…

Я ржу на весь салон. Буквально до икоты. Эта девка сведет меня с ума!

— Знаешь ли ты, Пеппа, что оргазм свиньи длится тридцать минут?

Закусив нижнюю губу, кокетливо заправляет прядь волос за ухо.

— Ну так… ее сначала до оргазма довести нужно.

— Для меня это не проблема, поверь, — заявляю я и ловлю на себе ее полный сомнения взгляд.

— Что-то мне кажется, с твоим эгоизмом ты никого, кроме себя, еще до оргазма не доводил.

Я, блядь, задыхаюсь от хохота. Повариха, кусая губы, тоже сдерживается из последних сил.

— Не делай преждевременных выводов, — включаю правый поворотник и подмигиваю ей, — затрахаю до поросячьего визга.

— Не в этой жизни, олигарх, — бросает она и показывает рукой на въезд в ее двор, — не для тебя мама свинку откармливала.

Заезжаю в унылый двор и осматриваюсь. Будто лет на двадцать — тридцать назад перенесся.