Сведу тебя с ума

И у меня есть идея… — говорю, пытаясь удержать безумный взгляд, — ты говорил, что доверяешь Степану…

— Ты че несешь, придурок?!

— Он будет рад помочь…

— Володе я что скажу?.. Ты башкой своей подумал?! Он тут же свернет процесс передачи имущества дочери…

— Оллсон ему верит. К тому же ты дашь ему слово, или… его уже не достаточно?.. — провоцирую сознательно.

— Не достаточно!.. Не достаточно, Макс! Я тоже никому не верю, и тебя все жизнь этому учил! — орет мне в лицо, — Степан не Данилов!.. Володе принципиально важно, чтобы его дочь вошла в нашу семью!

— Он знает, что мы ее не бросим в любом случае!.

"— Ты женишься на ней! — повышает голос, — я сказал!..

— Нет!

— Женишься или ты мне не сын!

— Я уже сказал, что продолжу помогать…

— Ты дашь ей свою фамилию, сделаешь ей детей и передашь первому сыну СибГаз!..

— Нет, отец!.. — давлю я.

В этот момент за моей спиной раздается испуганный голос Агнии.

— Юра, что случилось?!

— Приведи Стефу! Быстро! — рявкает он.

— Она уже знает, мы поговорили… — сообщаю, едва дверь за мачехой закрывается.

— Сука! За моей спиной!.. Может, ты и со Степаном обо всем договорился?..

— С ним сам разговаривай.

Чувствуя эмоциональное опустошение, падаю в стул и прохожусь пятерней по волосам.

— Сейчас придет Стеша, — вдруг понижает он голос, — ты извинишься и убедишь ее, что сморозил глупость.

— Я не изменю решения…

— А не изменишь — пойдешь на улицу с голым задом.

Обессиленно опускается в кресло и поджигает сигару. Пыхнув дымом в мою сторону, вдавливается затылком в мягкий подголовник.

— Пойду, — соглашаюсь я.

— Отдашь мне все карты, ключи от машины, байка и квартиры.

— Квартиру не отдам, — качаю головой, — она мамина.

— Сученыш…

— Мне надоело жить по твоему сценарию.

— Заебатый сценарий, — отзывается он, — мне б отец в свое время такой написал, я б ему спасибо сказал…

— Спасибо, пап, ага… — усмехаюсь, удерживая его тяжелый взгляд, — но жизнь у меня одна, и жить я ее буду, как хочу и с кем хочу.

— Девка та держит, значит?.

— Тебя не касается.

— Весь в деда, блядь… — хмыкает отец, — тому только в навозе ковыряться.

Бесшумно открывшаяся дверь пропускает Стефу и Агнию.

— Присаживайся, Стеша, — смягчается голос отца, когда он указывает ей на кресло у стены.

Она бледная и очень расстроенная. Потупив взор, проходит, садится и принимается разглаживать складки на платье.

— Принеси ей воды, — обращаясь к жене, велит он.