Сведенные судьбой

 — У меня еще есть время показать тебе мое платье.

Кассандра озабоченно взглянула на свою мишень, которая ощетинилась стрелами.

— Я соберу их, — пообещала ей Пандора. — Мне всегда требуется лишь несколько минут, чтобы переодеться к ужину.

Улыбнувшись, Кассандра послала сестре воздушный поцелуй и побежала к дому за Серафиной.

Поглядев вслед сестре, Пандора усмехнулась, прижала руки к щекам и воскликнула, подражая леди Бервик:

— Леди не должны мчаться галопом, как скаковые лошади!

С расстояния донесся ответ Кассандры:

— Леди не должны каркать, как грифы!

Смеясь, Пандора отвернулась и обнаружила, что Габриель напряженно разглядывает ее.

Отстраненно улыбнувшись, Габриель медленно покачал головой:

— Я бесцеремонно разглядывал вас? Простите меня. Просто я обожаю ваш смех.

Пандора, покраснев до корней волос, подошла к ближайшей мишени и принялась выдергивать из нее стрелы:

— Пожалуйста, не надо говорить комплиментов.

Габриель перешел к следующей мишени:

— Вы не любите комплименты?

— Нет, я чувствую себя неловко. В льстивых словах нет правды.

— Возможно, это вам только кажется, но это совсем не означает, что они не соответствуют действительности. — Сложив стрелы в кожаный колчан, Габриель подошел, чтобы помочь ей.

— В моем случае это абсолютная неправда, — сказала Пандора. — Мой смех звучит как серенада древесной лягушки, которая катается на ржавой калитке.

Габриель улыбнулся:

— Твой смех звучит как серебряные колокольчики, звенящие от летнего ветра.

— Это совсем не так, — насупилась Пандора.

— Но я слышу именно так. — Интимная нотка в его голосе вызвала у нее внутреннюю дрожь, которая прошла по сети обостренных, натянутых нервов.

Не позволяя себе взглянуть на него, Пандора слегка замешкалась возле целого пучка стрел в одной мишени. Стрелы вонзились глубоко и близко друг в друга, словно клиньями выбивая из мишени набивку из льняной кудели и стружек.

Пандора покрутила стрелы и осторожно вытащила, стараясь не сломать тополиное древко, а после того как она передала Габриелю последнюю стрелу, начала снимать перчатку для стрельбы, у которой кожаные напальчники соединялись с плотно прилегающими ремешками, и все это крепилось к манжете на кисти.