Сведенные судьбой

Она посмотрела в эти серебристо-голубые глаза, которые светились юмором. В том, как он держался, было что-то обнадеживающее.

Когда они с Кассандрой были детьми, в их воображении часто возникал образ красивого отца, который любит их, готов дать совет, балует… правда, совсем немного. Отец, который ставит их себе на носки туфель, чтобы потанцевать с ними. Этот человек очень походил на того, кого Пандора видела в мечтах.

Она двинулась вперед, опираясь на предложенную им руку.

— Как прошла поездка, моя дорогая? — спросил герцог, вводя ее в дом.

Прежде чем Пандора успела ответить, услышала за спиной голос лорда Сент-Винсента.

— Леди Пандора не любит светских формальностей, отец. Она предпочитает обсуждать темы, связанные с теорией Дарвина или избирательным правом женщин.

— Вполне естественно, что молодая интеллигентная женщина хотела бы пропустить болтовню ни о чем. — Взгляд герцога, который он послал ей, был полон одобрения. Пандора просияла. — Однако, — продолжил он задумчиво, — большинству людей требуется, чтобы их подвели к ощущению безопасности, прежде чем они осмелятся поделиться своим мнением с новым знакомым.

— Еще никто не объяснял мне это так убедительно, — удивилась Пандора. — Вы правы. Но почему непременно нужно говорить о погоде? Разве нет другой темы, на которой можно сойтись? Ложки с тремя зубцами, например.

— Или о синих чернилах, — добавил герцог. — А также о кошачьем мурлыканье, о летних штормах… хотя, как я полагаю, это возвращает нас к разговору о погоде.

— С вами я поговорила бы и о погоде, ваша светлость, — бесхитростно сообщила Пандора.

Герцог мягко рассмеялся:

— Какая восхитительная девочка!

Они вошли в главный холл, полный воздуха и света, украшенный лепниной, с полами из полированного дуба.

К удивлению Пандоры, герцогиня ждала их здесь, в главном холле, и сияла как пламя в белом холодном окружении. Ее лицо покрывали золотистые веснушки.