Свадьба

Выражение лица у него было такое, будто у нее на голове выросла пара красных дьявольских рогов, и он растерялся, не зная, что теперь с ней делать.

Господи! Она повергла его в транс. В голове у нее проносились слова, которые только что сорвались с языка. Конечно, ее снова немного занесло, но она была уверена, почти уверена, что ни свиньей, ни козлом она его больше не называла. А может, она сказала что-то еще более обидное? Бренна очень надеялась, что нет. А если и сказала, пускай Бог простит ее братьев – Джиллиана, Вильяма и Артура, это они виноваты, и в следующий раз, когда она увидит мальчишек, обязательно поколотит их – ведь это они научили ее этим ужасным грубым словам.

Они нарочно произносили их при ней, а маленькая Бренна, не понимая значения, повторяла все, что слышит. Боже мой, с отчаянием подумала Бренна, неужели такие слова она бросила в лицо мужу!"

"– Коннор, если я сказала что-то оскорбительное для тебя, это выскочило само собой, это сидело у меня в голове еще с детства. Мои старшие братья… – Она умолкла, догадавшись, что мелет вздор, и больше не пыталась его успокоить.

 – Почему ты не уходишь? Ты смотришь на меня так, будто собираешься ударить. Если хочется, лучше ударь. Ожидание просто сводит меня с ума.

– Ты не помнишь своих слов?

От его вопроса Бренне стало еще хуже.

– Кое-что помню, но не все. Я хорошо знаю, что, когда злюсь, мне надо следить за своими словами. Но каждый раз происходит одно и то же. Наверняка я тут наговорила чего не следовало. Правда? Так ведь?

О Боже милостивый, с того самого мига, как она вошла в конюшню и открыла рот, все пошло не так, как надо!

– Мне пора идти.

– Да, конечно, – согласилась Бренна с искренним вздохом облегчения.

Открыв ворота, Коннор знаком показал Бренне, что пропускает ее вперед.

Она чувствовала на себе его взгляд, когда ненароком коснулась его, проходя мимо, но намеренно опустила голову, чтобы не смотреть ему в глаза, в которых, должно быть, все еще стоял гнев. Она опасалась, что встретит его настороженный, суровый, недоверчивый взгляд.

Боже, чего она только не наговорила в горячке! Она едва не застонала от отчаяния, переполнявшего ее. Что, что теперь делать? Как все исправить и возможно ли это?

Бренна не хотела смотреть, как муж отъедет от крепости, боясь, что уже не сможет сдержаться и завоет, как грешница. Но разве она хочет, чтобы муж запомнил ее такой?

Поэтому, остановившись посреди конюшни, Бренна тихо сказала:

– До свидания. Храни тебя Господь.

Коннор не подыскал слов в ответ.