Суженая

Я бы совсем не отказалась от чудодейственной мази, но было реально очень страшно остаться с ним наедине. Парень излучал секс на километр, и чувствовала это не только я, он был сплошной ходячий соблазн.

— Да нет, и так заживёт.

— Дай посмотрю.

Он присел передо мной на колени и приподнял сарафан.

— Нет, Алис, нужно обработать, там кровь. Учти, у нас тут нет антибиотиков, если что, поэтому лучше не запускать, — сказал он деловито.

Что ж, почти убедил. Я смотрела на него и не могла понять, он серьёзно беспокоится обо мне или это просто такой предлог.

И как ни странно, несмотря на все мысли, которые летали в моей голове, мне не хотелось, чтобы это было предлогом. Ведь тогда он будет таким же, как все… Не хочется в нём разочаровываться.

— Хорошо, уговорил.

Мы сменили направление и теперь шли к его мастерской.

Зажгли внутри свечи. Стало тепло и уютно, даже не очень лицеприятные части комнаты приобрели какой-то магический вид.

— Садись, сейчас я обработаю рану.

Он меня усадил в удобное кресло, положил ноги на подставку, чтобы их было лучше видно, поставил рядом свечку.

Своё длинное платье я сама аккуратно приподняла, чтобы дать доступ к ранам.

— Мне и правда неудобно, что напрягаю тебя.

— Хватит говорить ерунду, мне совсем не сложно.

Он бережно промыл раны тёплой водой с мыльным раствором, было больно, но терпела. Не могла же я сейчас плакать в его присутствии? Радомир сидел у моих ног. В начале сегодняшнего дня даже не представляла, что он может закончиться подобным образом. Смотрела на то, как он проводит манипуляции по обработке раны, и хотелось, чтобы это длилось бесконечно.

Иногда мы встречались глазами и улыбались друг другу. Молчать больше было нельзя, в воздухе уже чувствовались мелкие искорки, которые пробегали между нами. Надо было срочно о чём-то поговорить.

— А ты здесь и живёшь?

— Да, вот вход в мою комнату. Хочешь покажу?

В каждом слове и фразе я чувствовала подтекст, может, потому что сама только об этом и думала.

— Да, сейчас закончишь и обязательно посмотрю, как живут местные холостяки.

— Ничего особенного, всё скромно.

— А ты один работаешь в мастерской?

— Нет, у меня есть напарник.

— А где же он?

— Он был на празднике, только он не в нашей компании, он уже в паре.

— А! Ясно.

Радомир аккуратно размазал какое-то средство по моим коленям, и мне казалось, вот-вот его рука скользнёт вверх, поэтому я едва дышала в ожидании, когда же эта «пытка» наконец-то закончится.

— Ну вот и всё, теперь я буду за тебя спокоен.