Суженая мага огня

"

"— Ревновали? За то, что наставник уделил вам меньше времени, потратив его на меня? — усмехнулась я.

— Нет. Не поэтому. Наставник был женат на моей сестре, принцессе Беатрис. Он носит траур по ней, но решил его нарушить с вами.

— Он был болен, и это было необходимо. Вам не говорили?

— Я слышал. Но не верил, что всё настолько плохо. А теперь, когда вижу его в таком состоянии… — Самуэль порывисто вздохнул, переведя взгляд на паладина, брови рыцаря дрогнули. — …На смертном одре… Он ведь великий герой, понимаете, он победил семерых драконов, полчища тёмных магов…

Семь драконов! Вот уж Генри смеялся надо мной, когда я рассказывала ему о его первом драконе, о котором прочитала в библиотеке!

— А сейчас он лежит с переломанными рёбрами и пробитой грудиной, — проворчал Самуэль, — и ходит под себя! Я тронут, что вы пришли и плачете о нём.

Рыцарь часто заморгал, будто смахивая непозволительные слёзы. Я положила руку ему на плечо, разделяя боль.

— Всё будет хорошо, — прошептала я.

Самуэль поглядел на меня, задержав задумчивый взгляд на глаза, отвернулся, полез в поясную сумку и вложил мне в руку несколько серебряных монет.

— Возьмите для близких.

Я с ненавистью поглядела на монеты, но подумала об Идде, Грете, детях и множестве оставшихся без крыши над головой людей, которые нуждались в еде и тёплой одежде.

Я взяла деньги и сунула в карман передника.

— Я пойду, — прошептала я.

— Сперва обед, — настоял Самуэль и жестом пригласил в коридор.

Я снова не смогла отказаться.

Я видела его несколько раз прежде. Он бывал в святилище и осматривал меня, когда я ещё лежала и не могла разговаривать. Он сказал тогда, что я скоро погибну и не стоит тратить на меня силы, но я встала, и потому теперь я не очень ему доверяла.

— Леди Триса пообедает с нами, — сказал Самуэль, отодвигая мне стул.

— Конечно. Здравствуйте, леди Триса, — поприветствовал Хакон.

Наместник выглядел уставшим, волосы его были взлохмочены, под глазами темнели синяки.

— Давайте помолимся Арносу за здоровье сэра Генриха! — сказал он, подняв бокал с вином.

— Помолимся, — гулко отозвались рыцари.

Зазвенели приборы. Все молча принялись обедать. Настроение у всех было невесёлое.