Суженая мага огня

Нет! Я не преступница!

Я покачала головой, протестуя, и сцепила пальцы, усложняя отцу работу.

— Только не дури, Беатрис! Сейчас отправимся на беседу к Магистру. Он расспросит тебя обо всём. Назначит Суд. Съедутся все магистры ордена. Всё проведём по чести и кодексу. Арнос рассудит!

— Все магистры? Генрих будет?

— Да.

Я сжала руки в кулаки, но отец всё равно защёлкнул замки кандалов. Иглы на внутренней стороне обручей проткнули кожу, но я сдержалась, чтобы не пискнуть. Мана потекла на снег, холод и страх окутали меня.

Мы двинулись в родной замок сквозь толпу.

65 Допрос

Увидев меня, толпа затихла. Все застыли, провожая взглядами конвой рыцарей, который вёл меня к башне Магистра Ристуса.

— Да убережёт Пресветлая принцессу Беатрис! — воскликнул одиночный голос в толпе.

— Храни Арнос принцессу! — присоединились голоса.

Отец наклонился к уху:

— Люди помнят тебя. Всё пройдёт хорошо. Что бы ни спросил магистр, отвечай правду, но постарайся умолчать о…

— О беременности?

— Да, — стиснул челюсти отец.

Я видела, как вздрогнули седые брови на суровом лице короля, и поняла, что ему было непросто исполнять долг.

Тяжёлое сизое небо давило. От страха подкашивались ноги. Хотелось поддержки матери, которая всегда очень любила меня и была снисходительна к любой шалости. Даже к нежеланию иметь детей относилась с пониманием.

— Отец, а где же мама? Я думала, она встретит нас, я очень хотела бы поговорить.

— Мамы нет.

— Как?! — изумлённо воскликнула я.

На глазах выступили слёзы. В груди защемило, губы онемели и задрожали.

— Ты не знала... Прости, что объявил в такой час.

Я больше не видела куда шла, слёзы застилали взор. Отец вёл за локоть, кандалы тяжелили и причиняли боль. И я пыталась удержать себя в руках из последних сил.

Держись, Трис! Пройди эту проклятую беседу! Пройди этот зверский Суд! И роди ребёнка, ради памяти мамы! Хочу дочку…

Мы подошли к обледенелым ступеням башни.

Запах могильной сырости и плесени ударил в нос, я поёжилась от воспоминаний о башне Тёмного Лорда и передёрнула плечами.

— А ты не пойдёшь? — взглянула на отца.

— Беседа с Магистром должна пройти наедине. Он будет использовать камень правды. Тебя ничто и никто не должны смущать.