Сумасбродка

Грей вскочил на коня и пустил его во весь опор, устремляясь вдогонку за вором.

Перед глазами у него все плыло, голова раскалывалась от боли, и он был готов на месте пришибить этого наглеца Джека. Да, он именно так и поступит — свернет сопляку куриную шею, как только сможет до нее дотянуться! При мысли о столь скорой расправе ему стало немного лучше. Но кто же этот чертов Джек на самом деле? С какой стати ему приспичило красть Дурбана? Кто такой сэр Генри Уоллес-Стэнфорд? И почему тетушки притащили парня с собой? Ладно, так уж и быть, Грей с удовольствием вернет им все, что останется от Безумного Джека после того, как он сам обменяется с ним парой слов!

Ночь выдалась довольно холодной, сквозь тучи едва проглядывало несколько тусклых звезд, а луны вообще не было видно.

Наконец Грей различил далеко впереди Дурбана — мальчишка так и приник к его мощной шее. Куда к чертям его понесло?

И без того малоприятный вечер закончился более чем отвратительно.

Грей снова вспомнил про Чарлза Ламли, сперва валявшегося на полу своей спальни, а потом корчившегося над ночным горшком, в перерывах между приступами рвоты оглашая воздух клятвенными заверениями никогда больше не обижать свою жену. Затем его мысли перескочили на Джека и на то, что ждет маленького нахала, когда его настигнет справедливая кара. Весь нерастраченный гнев, вызванный мерзавцем Ламли, с легкостью обратился теперь на сопляка, посмевшего протягивать руки к красавцу Дурбану.

В этот час вокруг было пустынно, так что никому не было дела до двух бешено мчавшихся друг за другом всадников. Да и с какой стати кто-то должен был интересоваться ими?

Мальчишка почему-то не повернул там, где ожидал Грей. По его расчетам, он скорее всего должен был направляться в Фолкстоун, то есть на юг, а Дурбан несся во весь опор прямо на запад от Лондона. Что бы это могло значить? Грей терялся в догадках.

Вот уже за их спиной исчез затянутый пеленой тумана Гайд-парк, в котором силуэты деревьев слились в темную бесформенную массу.

Туман становился все гуще, и через несколько минут барон совсем потерял Дурбана из виду. Но нет, вот он опять! Грей едва успел различить, как конь и всадник промелькнули на повороте. Дурбан летел во весь опор, молотя копытами по земле, — в резвости он не уступал Брюстеру и к тому же имел хорошую фору.