Судьба горца

- Хвала Создателю, - выдохнул Балфур и сделал знак двоим поднять Найджела.

- Нет, мы не должны отступать только из-за того, что меня ранили, - протестовал Найджел, когда его с величайшей осторожностью уносили в безопасное место. – Ты не можешь допустить, чтобы этот ублюдок победил.

Отдав людям приказ приготовить для Найджела носилки, Балфур перевел взгляд на брата:

- Он выиграл битву ещё до того, как мы выстроились на этом проклятом поле. Старик знал, что мы придем за Эриком, и был к этому готов.

– Балфур схватил бледного оруженосца, выдернув его из кучки других юнцов, суетившихся возле лошадей. – Давай сигнал к отступлению, парень. Нужно убираться с этой земли, пока нас всех в ней не закопали.

Как только мальчик убежал исполнять приказ, Найджел громко выругался:

- Пусть глаза этого ублюдка сгниют прямо на лице!

- У поражения и в самом деле горький вкус, - произнес Балфур, опускаясь на колени рядом с братом. – Нам не удастся победить в этом сражении. Мы можем только погибнуть здесь.

А этим мы Эрика не спасем. Дублинн оказался неприступнее, чем мне запомнилось. Я был к этому не готов. Мы должны отступить, зализать раны и придумать другой способ вытащить братишку из лап Битона. Эй, парни! – окликнул он двух самых крепких из кучки перепуганных оруженосцев. – Идите сюда и крепко держите Найджела, пока я буду вытаскивать стрелы.

Как только мальчики крепко ухватились за Найджела, встав по обе стороны от него, Балфур принялся за работу.

Когда он вытащил первую стрелу, Найджел вскрикнул и потерял сознание. Балфур знал, что не в его силах избавить брата от боли, но попытался как можно быстрее убрать вторую стрелу. Он разорвал свою рубашку на лоскуты, чтобы перевязать раны, поморщившись при виде грязи на ткани. К тому времени, как Балфур уложил Найджела на носилки, его люди уже отступили с поля боя, и он, не теряя времени, последовал за ними."

"Поражение тяжелым камнем легло на сердце, но Балфур заставил себя смириться .

Как только они вступили на земли Дублинна, он почувствовал, что совершает ошибку. Но его люди бросились в наступление раньше, чем он успел их остановить. Вскоре они убедились, что стены Дублинна неприступны. Балфур был и опечален, и взбешен тем, что его люди были убиты или ранены прежде, чем он смог уберечь их от этого. Ему оставалось лишь надеяться, что за эту ошибку не придется расплачиваться слишком дорогой ценой.