Судьба горца

В этот момент в зал вбежали стражники, привлеченные криками своего господина, и тут Мэлди ощутила, что все чувства словно в одночасье оставили ее. Она стояла совершенно опустошенная и ждала смерти, безучастно наблюдая, как Битон медленно поднялся и встал прямо перед ней.

– Ты допустила очень глупую ошибку, девушка. Можно даже сказать роковую, – отрывисто бросил Битон. Его голос звучал сурово и непреклонно, давая представление о том, каким влиятельным, сильным и беспощадным противником Битон являлся в прошлом.

Теперь же он был просто жестоким.

– Я желею только о том, что мой кинжал сейчас у тебя в руке, а не погружен по самую рукоять в твое черное сердце.

– Ты смогла бы убить собственного отца?

Из-за того, как он задал этот вопрос – без малейшего намека на потрясение или ужас, так, словно ему просто одолело любопытство, – Мэлди пробрал неприятный озноб. Чувство, охватившее ее, когда она услышала этот вопрос, можно было назвать изумлением. С той минуты, как она поклялась матери убить Битона, неуместные родственные чувства заставляли Мэлди переживать из-за того, что ей предстояло лишить жизни человека, который поспособствовал ее появлению на свет.

Битон же явно не считал попытку убийства родного отца чем-то из ряда вон выходящим. Девушка даже невольно заинтересовалась: а как встретил смерть его собственный родитель?

– Да. Я дала клятву моей матери, когда она, истерзанная недугом, лежала на смертном одре. Я поклялась, что тебя, наконец, постигнет справедливое возмездие, которого ты так долго избегал.

Битон слабо улыбнулся:

– Как я уже говорил, просто позор, что ты родилась женщиной.

– Твой извращенный маленький умишко думает о чем-либо, кроме сыновей и наследников?

– Мужчине нужен сын.

Мэлди покачала головой, понимая, что Битону никогда не постичь собственной жестокости. Он просто не сможет понять, сколь глубокую боль причинил женщинам, которых бессердечно использовал, и детям, которых отверг, словно ничего не стоящий мусор, просто потому, что они родились девочками.

Мэлди подумала, что, не будь Битон так сильно болен, то и по сей день укладывал бы в постель каждую дурочку, которой не доставало либо здравого смысла, либо сноровки бежать от него без оглядки, а после того как на свет появлялась бы очередной неугодный младенец, безжалостно бросал. Уже за одно это Битона следовало предать смерти, но, к несчастью, Мэлди лишилась возможности покарать его так, как он того заслуживал.