Судьба горца

А должен был? Но как бы то ни было, я никогда не предлагал ей замужество, а она все равно бросила свою семью и ушла со мной. О, признаю, может, она и была девицей прежде, чем впервые легла со мной, но в душе твоя мать всегда была распутницей. Она отдала мне свою девственность за пару безделушек да сладких слов. И уж поверь мне, она любила это делать. Клянусь, нечасто мне доводилось укладывать в свою постель столь алчных до плотских утех крошек. – Мужчина прищурился и еще ниже склонился к девушке, внимательно наблюдая за ее реакцией на свой рассказ.

- Держу пари, она недолго горевала по мне и быстрехонько раздвинула стройные ножки перед другим мужчиной. Слишком уж ей нравилось, когда мужчина глубоко вспахивал ее жадное лоно, чтобы долго обходиться без этого. Верь чему хочешь, девушка, считай истиной лживые наветы своей матери, если это доставляет тебе радость, только знай – не я причина всех твоих несчастий. Если в чем и есть моя вина, так только в том, что показал твоей матери, что она была прирожденной шлюхой, да еще и наслаждающейся своим постыдным ремеслом.

Кинжал появился в руке Мэлди прежде, чем он закончил говорить. Она даже не помыслила о том, что была всего лишь одинокой хрупкой женщиной, вооруженной лишь небольшим кинжалом, лицом к лицу с двум препоясанными мечами рыцарям. Все, о чем она могла сейчас думать, – увидеть Битона мертвым. То, как оскорбительно он себя вел, намеренно унижая ее мать, требовало отмщения. Подобное оскорбление не могло остаться безнаказанным. Он пытался умыть руки, целиком переложив на Маргарет всю вину за то, что сотворил с ней.

Той частью своего разума, что еще была способна мыслить хладнокровно, Мэлди понимала, что одним из оснований для столь сильного гнева, послужило то, что Битон просто-напросто облек в горькие, жестокие слова все, о чем она задумывалась уже давно: мысли, которые усиленно гнала от себя, и подозрения, из-за которых ощущала вину и стыд. Мэлди постаралась отрешиться от этого и, замахнувшись кинжалом, бросилась на Битона.

Она издала разочарованный вопль, поняв, что так и не смогла причинить Битону никакого вреда – он легко отбросил ее назад. Калум попытался было схватить Мэлди, но она ловко увернулась. Ее пальцы все еще крепко сжимали рукоять кинжала, когда она снова оказалась перед двумя противниками. Битон теперь казался удивленным. Калум занял позицию немного впереди господина, готовясь в любой момент принять на себя следующий удар. Мэлди поразилась такой преданности.