Стражи

— Мы с доктором Джексоном оказались в безвыходном положении, и я дерзнул в поисках помощи обратиться к вам. Ничего другого не остается… — капитан на миг уронил голову, потом глянул ей в глаза с видом человека, охваченного нешуточной решимостью. — Я не стану называть никаких имен, вы поймете, почему… Один из моих добрых знакомых в крайне затруднительном положении. В сущности, история банальная, такое случается сплошь и рядом, но когда это затрагивает тебя лично… У него есть племянница, очаровательная, неглупая, обладающая массой других достоинств девушка.

Увы, именно с такими девушками тоже случаются… печальные истории. Около нее появился некий джентльмен, сумевший совершенно очаровать юную леди. Настолько, что она твердо намеревается выйти за него замуж.

— И в чем же здесь безвыходность? Надеюсь, он не женат?

— Нет, ничего подобного… Однако… Не только у меня одного, но и у других родственников сложилось убеждение, что этот джентльмен — вульгарнейший охотник за деньгами и все его так называемые пылкие чувства — сплошное притворство.

Есть опасения, что он попросту промотает все состояние жены, в случае…

— Девушка богата?

— В том-то и соль, леди Уичерли… Пока что опекуном является ее дядя, тот самый мой добрый знакомый. Однако по завещанию ее покойного отца девушка, выйдя замуж, получает полную независимость и, что серьезнее, право всецело распоряжаться немалым состоянием… Мы все крайне обеспокоены. Доктор Джексон — ее троюродный брат, потому я и набрался смелости взять его с собой.

Вы ведь понимаете, леди Уичерли — есть некоторая разница меж влюбленной юной девушкой и обладающими кое-каким житейским опытом мужчинами. Мы как раз навидались подобных субъектов и знакомы с их ухватками. Мы прекрасно знаем, что этот джентльмен, несмотря на пышную родословную, безупречнейшие манеры и нешуточное обаяние, беден, как церковная мышь, Хотя старательно вещает о своем мнимом богатстве. Если его послушать, он сущий Крез, его чувства высоки, благородны и лишены какой бы то ни было низменной материальной подоплеки… но мы-то выяснили точно, что он, называя вещи своими именами — сущий голодранец. Именно это и заставляет нас подозревать, что ни о каких чувствах и речи не идет, что тут правит бал корысть…"

"— Вы пробовали открыть девушке глаза на истинное положение дел? — не без интереса осведомилась леди Уичерли.

— Ну, разумеется… Очень осторожно, деликатно… Однако она, как многие до нее, не желает ничего слушать.