Странный дом. Недетские игры

Витрины и двери магазинов сразу же украсили танцующие огоньки гирлянд и наклейки с симпатичными Дедами Морозами.

В середине декабря, когда весь мир живет отчетами, на Петровку заглянула следователь Виктория Сергеевна Кораблева. Стас и Гуров оба были на месте, а Орлов, как назло, слег с давлением.

Кораблева принесла с собой игрушечный танк, который с важным видом водрузила на сейф.

– Не смотрите на меня так, – попросила она. – Это от сына. У него сейчас такой возраст, когда он учится принимать решения. Этот танк он решил отдать тем дядям, которых он видел рядом со мной.

– А это точно мы? – улыбнулся Стас.

– Он вас описал, – объяснила Кораблева. – Не просите повторить, я не сумею сделать это так, как он.

– А нам в ответ нечего ему передать, – задумался Стас.

– Не страшно. Куплю сама что-нибудь. У вас курить можно или влетит?

– Ругаются, – ответил Стас. – А я вообще бросать надумал. Вот сегодня в ночь иду, а курить не буду.

Лев Иванович подавил улыбку. Перед каждым дежурством или отпуском Стас планировал начать вести здоровый образ жизни, а иногда вообще мечтал о полной перезагрузке, в которую входил капитальный ремонт в квартире, покупка новой машины и избавление от лишнего веса.

– Пойдем на улицу, Виктория Сергеевна? – предложил он. – Есть у нас тут заветное местечко."

"Они спустились по лестнице, вышли на улицу, туда, куда заскакивали на быстрый перекур очень занятые сотрудники. Над выходом теперь горела лампа в оплетке из гнутых металлических прутьев.

– Мне ведь удалось поговорить с Мариной, – сказала она. – Помните, я просила вас дать мне ее контакты? Так вот… я их получила. Ее больше месяца держат в клинике неврозов.

– В той, которой руководит Алексей Долецкий? – не поверил своим ушам Лев Иванович.

– Именно там. Но не спешите его осуждать. Не думайте, что он специально запер ее там и держит под присмотром. Все не так просто.

– Вы навестили Марину?

– Да, я была у нее.