Страна Шепчущих озер

Бывает, вопит во всю глотку и любит играть с шариками руды. – Он порылся в карманах и достал маленькую деревянную дхатлу, которую Рена вырезала для маленькой Алены, – лапы и хвост игрушки были обгрызены по краям. В последний раз Аликс видела дхатлу в руках дочери.

Шум волн у корпуса судна вдруг показался Аликс оглушительным.

– Мои люди отвезли её в безопасное место. У девочки всё хорошо. Но так будет только до тех пор, пока раз в неделю от меня будет приходить определённое сообщение. Если я не пришлю вестей, Алену убьют.

Аликс почувствовала, как ледяной холод обволакивает её с головы до ног. «А как же кормилица, – подумала она. – А как же друзья, которые должны были присматривать за ней? Дядя Тавиана и соседи по деревне?»

Советник догадался, о чём она думает.

– Что ж, немного крови уже пролито. Будем надеяться, что больше пролить не придётся, согласна?

– Ах ты гнилой червяк, – прошептала Аликс.

Она посмотрела на Тавиана, который безмятежно спал на носу корабля, свернувшись калачиком.

– Ни слова, – предупредил Корвус, как будто угадав её мысли. – Молчи как рыба. Только ты знаешь, что поставлено на карту. Если расскажешь или кто-то что-то заподозрит, Алена умрёт. Я могу на тебя рассчитывать?

Аликс давно знала, что умеет ненавидеть. Теперь это ужасное чувство снова росло в ней, поднималось и расцветало, как чёрная орхидея. «Я тебя убью, – подумала она. – Но только когда всё закончится».

– Да, можешь, – коротко бросила она."

"Ступая медленно и тяжело, Аликс вернулась к Тавиану. Она завернулась в одеяла, не прикасаясь к спутнику. Она знала, что больше не уснёт в эту ночь. В голове проносились тысячи бесполезных планов, тысячи страшных картин. «Алена, – думала Аликс, – моя маленькая девочка». Слёзы подступили совсем близко, и Аликс уже была готова заплакать, чего не было уже много зим. Вполне возможно, что Тьери и Рена вскоре разыщут этого Ме’ру.

Аликс снова подумала о Тавиане. Быть может, и лучше, если он ни о чём не узнает? Хватит и того, что её беспрестанно будут терзать муки совести и леденящий страх.

Она хорошо помнила времена, когда ей бывало страшно.