Столичный доктор. Том II (СИ)

Только принесли запотевший графинчик, как в трактир ввалились два бугая в рубахах, ярко-желтых жилетах, лаковых ботинках. Усы вразлет, подкрученные. Глаза шальные, навыкат. Двое из ларца — одинаковых с лица. Тут бы мне не выделываться — ведь явно какие-то «деловые», на движе. И тут у меня в кармане заиграл брегет. Колокольчик Паганини. Нет, чтобы сообразить и сделать покер-фейс. Я полез и по глупости достал на всеобщее обозрение золотые часы. Щелкнул крышкой, на автомате посмотрел на циферблат.

«Братья» тормознули, уставились на меня.

— Ты кто таков?

Левый посмотрел на часы, в мозгу у него явно закрутился счетчик, показывающий, сколько за такое счастье ему даст скупщик. Внутри начала закручиваться пружина, я расфокусировал взгляд, сказал «Чок». Первый слой Садананды, второй. Я готов.

— А ты кто? — дослушав мелодию, я аккуратно налил в рюмку. Интересно, а что будет, если во время боевого транса употребить алкоголь?

— Сема Жук я. Меня тута все знают, — «ларцовый» повернулся к залу, картинно поклонился.

— А вот тебя мы тута не видели. Какая фря! — левый повернулся к правому. — Брегет у него, пальчик он оттопырил…

— Неуважение нам показывает, — кивнул второй.

— Фря у тебя в портках, — я убрал брегет подальше. Дорогой.

— Че?!

Меня попытались схватить за галстук, я легко стукнул снизу вверх по локтю «ларцового». Попал по нерву. Тот взвыл, отдернул руку. Правый размахнувшись от всей души, ударил боковым в голову. Какие уж тут связки или комбинации. Раззудись плечо, размахнись рука.

— ААА!

Первый готов. Скрючился, повалился на пол. Удар по печени в ушу называется ху-чжан. И он очень болезненный. Надолго выводит нападающего из строя.

— Тебе крындец!"

"Сема Жук вытащил нож, перекинул из руки в руку. Народ в кабаке ахнул, но кое-кто подался вперед. Шоу. Которое, как известно, маст гоу он. Сема продолжал понтоваться, делать выпады.

В какой-то момент я просто взял и «вытащил» из воздуха нож Жука, который тот опять решил перекинуть из руки в руку. Воткнул его в стол. Новый ох и ошалевшая морда Семы были мне наградой.

И тут же меня «жизнь наказала». Один из извозчиков, внезапно взмахнул рукой, хлестнул меня кнутом.