Стирая прошлое

Гардеробную.

Радостно хлопнув в ладоши, открыла двойные двери в изумительную гардеробную с невероятным бело-фиолетовым ковром, покрывающим всю комнату от стены до стены. В центре стоял шезлонг, и были даже стеклянные ящики для моих сумок.

— Черт возьми, Эми, да, — прошептала я.

Ванная была столь же впечатляющей. По полу шла белая плитка, на полпути стены встречаясь со светло-голубой краской. Люстра — да, люстра — свисала над ванной, стоявшей посреди комнаты на ножках в форме лап, рядом располагалась белая скамеечка для ног.

Две огромные раковины и шкафчики с зеркалами над ними, более чем способные вместить все мои косметические средства. Слева от раковин была душевая кабина, достаточно большая, чтобы в ней можно было спать. Достав из сумки телефон, я набрала номер.

— Эми, ты превзошла саму себя. Я потеряла дар речи, дом — это все, что я могла бы пожелать, и даже больше, ты гений! — воскликнула я, как только она ответила.

— Знаю, знаю, у меня безупречный вкус. Так и думала, что тебе понравится, — скромно заявила она.

— Понравится — это еще мягко сказано. Тебе серьезно нужно заняться карьерой в области дизайна интерьера. Или чтения мыслей, учитывая, что это именно то, чего я хотела.

— Конечно, раз уж мне не светит карьера в области физики, учитывая, что я со своей лучшей подругой открываю бизнес у черта на куличках, — сухо заявила она.

Я рассмеялась.

— Ладно, нужно выгружать вещи, я просто хотела сказать, как тебе благодарна. Не могу дождаться твоего приезда, люблю тебя.

— Не за что, подруга, завтра увидимся! — прощебетала она, отключаясь.

На седьмом небе от счастья я вернулась к машине и приступила к непосильной задаче — разгрузке вещей. Мой «Мерседес» был заполнен под завязку, несмотря на то, что многие вещи я отправила вперед. Что я могла сказать? Будучи девушкой и профессиональным покупателем, у меня накопилось много барахла. Я открыла багажник, на секунду осмотрев объем сумок, а затем попыталась собрать в руки как можно больше.

— Нужна помощь? — спросил глубокий голос у меня за спиной.

— Твою мать!

Я выронила все сумки, чуть не выпрыгнув из Маноло. Повернувшись, я намеревалась испепелить взглядом обладателя глубокого голоса, напугавшего меня до смерти, но резко остановилась. Передо мной встала картина чистого мужского совершенства. Я присмотрелась повнимательнее. Ну, может, не такого уж и чистого.

Высокий, очень высокий. Я доходила ему только до плеч, хотя была на шестидюймовых каблуках.