Стажировка в Северной Академии

Матушка профессора была похожа на ураган, что заполняет собой все пространство разом.

– Извиняться за нее не буду, – Райт сел у окна, и посмотрел на меня, даже не скрывая усмешку на губах. – Я хоть отдохну от ее опеки.

Последнее признание заставила меня возмущенно зашипеть:

– Хитрец!

И куда только мое скверное настроение делось и стеснение! И страх испарился, стоило узнать, что меня всего лишь используют.

– Есть немного, – казалось, мужчина тоже расслабился и вообще стал чувствовать себя куда вольготнее.

Я бы заподозрила в его характере неладное, ведь с такой матушкой немудрено стать мягкотелой нюней, но что-то мне подсказывает, что Винсент только позволяет родительнице окружать его заботой, зная о ее характере.

Не представляя, что сказать, возмущенно запыхтела, самой себе напоминая паровоз. Райт только хмыкнул.

Анита вернулась довольно быстро, но не одна – с ней под руку шел статный мужчина, как две капли воды похожий на профессора.

Я поспешно встала и склонилась в приветствии, а когда поднялась, заметила, что мужчина стал выглядеть еще более довольным, словно я прошла какую-то, одному ему известную, проверку.

– Леон Райт, – представился он. Густой бас разнесся по столовой, отталкиваясь от стен и колон. – Рад знакомству, милая леди, очень рад.

– Взаимно, – пролепетала едва слышно.

Для меня светские беседы и, собственно, выходы в свет, большая редкость. Так что после моего ответа возникла неловкая пауза, которая затянулась бы, не возьми Анита происходящее в свои руки.

– Итак, дорогие мои, пройдемте к столу, пока обед окончательно не остыл.

Я едва удержалась от вопроса: и это все нам? Но вовремя остановила себя. Видимо, у каждого свои чудачества. Мама Винсента, вот, страдает преувеличением.

Игра взглядов, и ко мне, пряча смех в ясных глазах, подошел профессор:

– Разрешите? – он галантно подставил руку, предлагая мне опереться на нее.

Я бы с радостью отказалась, но... Увидев, с каким ожиданием на меня смотрит Анита, исполнила его просьбу.