Стажировка в Северной Академии

Девушку, которая должна была жить, но почему-то лежит здесь, в этой обители смерти.

Лицо, словно застывшая маска – бескровные губы, посиневшие веки, восковая кожа. Белые волосы, как сухая трава.

– Все хорошо? – наверное, я так стояла слишком долго, потому что очнулась лишь от мягкого голоса Винсента.

– Д-да, – выдавила хриплым голосом, и с трудом отвела взгляд от тела девушки. И чтобы хоть как-то заставить себя думать о работе, попросила:

– Госпожа Мерисса, можно мне взглянуть на ваше заключение?

Я старалась ни на кого не смотреть, не хотелось, чтобы Райт увидел мои слезы, что жгли глаза, а Лестер.

Женщина протянула мне листок без лишних слов, и я бегло просмотрела аккуратные строчки заключения. Никаких повреждений на теле жертвы не обнаружено, ни ушибов, ни ссадин, ни царапин. Внутренних повреждений – тоже.

Единственное, что вызвало недоумение у эксперта, так это две небольшие черные точки на каждом плече.

Что-то проскользнуло в мыслях, только что именно, я не успела понять. Какие-то воспоминания... Где-то я уже читала об этом. Вот только где? И что там было написано?

– Возьмите, – протянула заключение обратно, и откинула простынь с тела Мики чуть ниже, чтобы самой увидеть эти черные точки.

Небольшие, с ровными краями, и аккурат друг напротив друга.

– Вам это тоже кажется странным? – за спиной раздался голос Лестера, и я с большим трудом удержалась от того, чтобы не вздрогнул от страха.

– Кажется, – кивнула, подтверждая, – обряды, ритуалы?

– Ни один не подходит, мы проверили по архивам.

– Проклятья?

– С этим тоже мимо.

А больше... Больше ничего на ум не приходило. Но... Об этих точках я где-то читала...

– Я... – начала и запнулась.

И не дожидаясь ответа, повернулась к Мериссе:

– У Мики были какие-нибудь врожденные болезни? Даже самые незначительные?

Женщина покачала головой:

– Вообще ничего, девушка была здорова, абсолютно...

Странно. Эта странная смерть должна иметь вполне логичное объяснение. Не могла же она в самом деле вот так просто уснуть и умереть?

В карету мы вернулись в полной тишине.