Статус: все сложно

Стоит только представить, что вместо моей ладони окажется его, вместо моих пальцев его – снова простреливает, на этот раз сильнее. – Теперь моя очередь говорить свои же слова. Я растягиваю их, тихо проговаривая каждый слог и тяну гласные. Глаза держать открытыми тяжело. Я не закрываю их только потому, что не могу оторвать взгляда от отражения черных глаз. Ему нравится. Безумно. Мы с ним безумны. И просто наслаждаемся этим друг с другом.

Я уверена, что ни с кем другим у Глеба не было похожего. Только со мной. Я эгоистично присвоила его мечты.

Мои пальцы на клиторе, он помогает мне же выводить круги, слегка надавливать, а потом отпускать. Пока мое сладкое мучение не заканчивается. Шумно, со стоном. Ноги становятся ватными, и я просто цепляюсь за Глеба. Он держит меня и прижимает к себе.

И целует так, будто сейчас я исполнила ту его мечту, что присвоила. Грубо и влажно, его язык сплетается с моим, как в танце. Танец порока и нежности. Оказывается, Глеб Навицкий и на такое способен. И мне нравится его новая версия.

– Пи*дец, балеринка. В действительности все намного круче.

– В действительности? – я пытаюсь сфокусировать взгляд. Все расплывается, и мне кажется, что теперь в его глазах не тьма, а свет, на который мне и хочется идти.

– Ты знаешь, сколько раз я все себе представлял?

– Нет. Расскажи, – жмусь к нему, льну, как кошка, жду ласки и получаю ее. Он очерчивает овал лица, спускается к шее. Касания осторожные и аккуратные. Он видит, что меня еще слегка потряхивает – это отголоски оргазма.

– Когда я первый раз читал, думал идти уже в ванну и подрочить, – я улыбаюсь. Его пошлые мысли всегда мне нравились, только я не осознавалась в этом. Хотела выглядеть правильной.

– Удалось?

– Нет. Потом прикрывал глаза и воспроизводил твои слова, пытался представить тебя, твой взгляд. Черт, сейчас по второму кругу пойдешь, балеринка.

– Тебе понравилось? Я понравилась? – закусываю нижнюю губу, провоцирую.

– Было ох*енно. Я бы посмотрел уже со стороны, – ведет бровями и очаровательно улыбается.

– Какой же ты все-таки..

– Какой?

– Пошлый.

– Еще.

– Напористый.

– Еще.

– Грубый

– Ого, даже так. А еще?

– Бесстыжий.

– А ты не теряешься.

Мы еще стояли у раковины и просто обнимались. Целовались. Теперь все казалось невинным, словно и не было ничего между нами.

Глава 25

Мила.

Из дома мы вышли только к обеду. Разнеженные, утомившиеся, но не ошибусь, если скажу, что и счастливыми. Никто из нас не задавал вопросов, а что будет дальше.