Старый, но крепкий 2

У травника все было прекрасно — он с Асурой погулял по лесу двое суток, ночуя у черепоцветов, и набрал трав на три золотых. Полученное разделил с пареньком и даже успел потратить как вырученные монеты, так накопленное до этого:"

"— Лавку в Золотом квартале купил! — хвалился Рой. — Все до последнего золотого потратил, но купил новую лавку! Так вдобавок к этому заплатил наперед бригаде строителей, купил полки туда и даже новые банки. Это я понимаю — вложение! Новый уровень! На втором этаже лавки — кухня и две комнаты.

— А эту лавку продавать будешь?

— Не-е, — ухмыльнулся травник. — Здесь Асура будет, если захочет. Или ты, если согласишься. Если нет — так продавца найму, а сам в Золотом квартале дела разверну. Две лавки — лучше и прибыльнее, чем одна, верно? В одном квартале скупать травы по старым ценам, а в другом — продавать с наценкой богатеям.

Повосторгавшись делами травника, я отправился на рынок за продуктами.

Праздник приближался, и на улицах становилось всё оживлённее. Повсюду развешивали бумажные фонарики — яркие, разноцветные, они придавали серым окраинам странный вид, будто больного проказой попытались нарядить в красивый смокинг.

Повсюду слышались голоса: кто-то спорил о цене на рыбу, дети носились между прилавками, а торговцы зазывали покупателей.

Я бродил по рынку, выбирая фрукты. Яблоки здесь были особенно хороши — крупные, сочные, с блестящей кожурой. Я взял одно в руку, повернул его так, чтобы солнце заиграло на его поверхности, и уже собирался спросить цену у продавца, как вдруг почувствовал что-то странное.

Это было заметно не сразу, но достаточно, чтобы я напрягся. Ощущение было такое, будто кто-то невидимый наблюдает за мной.

Я осмотрелся и увидел трех человек, от которых и шло это давление.

Троица двигалась через толпу, и люди инстинктивно расступались перед ними, хотя они не делали ничего угрожающего, просто шагали вперёд.

Впереди шёл старик в длинных тёмных одеждах: его фигура была крепкой, будто вырезанной из камня. Морщины едва намечались на лице, но глаза… Глаза были глубокими и холодными, словно провалы в ледяную бездну. Невозможно было понять, сколько ему лет: может быть, шестьдесят, а может быть, он выглядел точно так же лет шестьдесят назад. От него веяло такой мощью, что я невольно отступил на шаг назад.

Я не мог объяснить это чувство.