Спасти дракона

Не спеши, Тереса!

— Ну а я насторожилась, когда вы создали темную гончую чтобы выследить потрошителя. Заклинание родовое и за пределы семьи вроде бы не передавалось, но я подумала — мало ли! Вы дракон, и вы долгожитель, мало ли, с кем из предков и в каких обстоятельствах вы могли состоять в знакомстве?.. Ну а когда штопала Эйнара…

Я вздохнула, и в двух словах, опуская лишние подробности, поведала о помощи и рассказе предка-извращенца.

— Я почти забыла, как они выглядели — мои братья, отец… Другие родственники.

Отец умер, когда я была еще маленькая, дедушку я помню совсем седым и морщинистым, а братья… они так редко бывали дома. Но когда я призвала их для обряда — я увидела его, это сходство. Вспомнила черты. И предок — он ничего не говорил про ребенка, только про наследника. Вы дракон, у вас иная магия и иная сила. Конечно, вы не могли наследовать за ним главенство рода! Не понятно только, почему о вас никто не знал.

Он хмыкнул:

— Мама настояла. Она была категорически против того, чтобы представлять меня родственникам отца, и сумела выбить обещание молчать о моем рождении.

Вижу, отец его сдержал…

Он помолчал, внимательно разглядывая меня — с ног до головы, в упор. Взгляд не был неприятным — но он был обеспокоенным.

— Тереса, как вы оказались в академии?

Я вздохнула — и начала рассказывать. О том, что последние годы смерть буквально шла за родичами по пятам. Что я осталась одна. Что рано или поздно, но это выплыло бы наружу — и останься я дома, темные рода не упустили бы такой роскошной добычи, и ждал бы меня нехитрый выбор.

Пойти замуж, за кого укажут, либо войти в один из высших родов на условиях вассалитета — это неприемлемо для Ривад, никогда мы не были и не станем чьими-то вассалами. И я сбежала в драконью академию, в расчете на то, что здесь меня не станут искать, а даже если и вдруг найдут, то у драконов, которым нет дела д о человеческих дрязг, меня еще нужно суметь выцарапать… Я надеялась, что за время, проведенное в академии, сумею придумать, как стать достаточно самостоятельной и влиятельной, чтобы любой, вздумавший меня принуждать, обломал зубы.

Я старательно умалчивала и обходила острые углы, да и вообще… Жалость — это последнее, что мне хотелось бы в нем вызвать.

У драконов нет понятия рода, они одиночки. И у них имеет значение лишь личная сила — и не слишком важно, какого пола ее носитель.

Алвис глядел на меня сочувствующе и понимающе.